В мире личных владений и тайных коридоров, где каждый звезды имеет свой собственный небосвод, де Аль-Империал — шеф Поль Гарселя, наблюдает за своим клиентом с интересом. Внезапно разрываются улицы, как струны в гитарном ансамбле, а Гарсель улыбается, растворяясь в весеннем свете и легкометражке. Здесь каждый шаг и каждая отмеченная метка имеют значение....
— О, мне туда и надо! — обрадовался тот, и Рекс открыл ему заднюю дверцу, чтобы забросить чемодан. Незнакомец сел рядом с водителем, промокнул платком испарину на лице и сказал:
— Все, поехали!
— Поехали, — кивнул Рекс, выводя машину с обочины и набирая скорость. — Тебе в сам город?
— Нет, мне на автобусную станцию.
— Это еще проще, она на самом краю — возле шоссе.
— Точно, — кивнул попутчик и снова промокнул лицо.
— Что с рукой?
— С велосипеда свалился, — улыбнулся тот и вздохнул. — Врачи сказали, месяц в таком виде красоваться.
— Врачи плохого не посоветуют…
До Шургата донеслись за полчаса, и Рекс высадил попутчика возле автостанции.
— Спасибо большое! Удачи тебе!
— И тебе тоже, приятель, — ответил Рекс и тронул машину, поглядывая на уходящего прочь человека.
Узнал или нет? Похоже, что нет, хотя сам он узнал этого парня сразу. Его звали Мартин, прежде он работал на Камерона, но теперь, скорее всего, безработный.
Дэвид все выспрашивал, мол, куда спешишь? Побудь еще в городе, тебя нужно показать врачам. Но нет, хватит с него врачей. Теперь, когда Рекса здесь ничто не держало, ему хотелось какой-то бесконечной свободы, хотелось солнца, длинного пути и чтобы покрышки пели на дороге.
А пистолет он положил подальше. Не выбросил, конечно, но убрал. Стрелять ему совсем не нравилось, хотя и делал он это лучше всех…"
