В мире личных владений и тайных коридоров, где каждый звезды имеет свой собственный небосвод, де Аль-Империал — шеф Поль Гарселя, наблюдает за своим клиентом с интересом. Внезапно разрываются улицы, как струны в гитарном ансамбле, а Гарсель улыбается, растворяясь в весеннем свете и легкометражке. Здесь каждый шаг и каждая отмеченная метка имеют значение....
107
На выезде из ущелья зарядил дождь, сначала мелкий, от которого не было ни проку, ни толку, потом по крыше застучали крупные капли, и Мартину пришлось прикрыть со своей стороны окно.
— Ну, теперь это надолго, — сказал Ян, сидевший за рулем и жевавший старую конфету, которую до этого долго носил в кармане. Сначала в плаще, потом в пиджаке, и вот, наконец, решил ее съесть, поскольку обертка истерлась и конфета стала прилипать к подкладке.
— Нет, этот дождь ненадолго, — возразил с заднего сиденья Каффи.
— С чего это ненадолго? — почему-то обиделся Ян, и машина вильнула.
— А с чего надолго?
Ян не нашел что возразить и принялся ожесточеннее разжевывать конфету.
Выехав на шоссе, они поехали быстрее. Говорить было не о чем, одни глазели в окна, другие дремали, а Бильт даже посапывал.
Навстречу проехал автобус с туристами. Несмотря на дождь, они находились в хорошем расположении духа, пили колу и щелкали фотокамерами.
— Ишь ты, морды какие, — покачал головой Ян.
У въезда в город образовалась небольшая пробка, и это не добавило пассажирам хорошего настроения.
— Авария, наверное, — предположил Мартин и вздохнул. Он рассчитывал вывезти людей на объекты пораньше, а теперь все затягивалось.
— Сейчас такую моду взяли, нажраться и сразу за руль, — подхватил тему Ян.
— А у нас был случай, один мужик нанюхался горючки на заправке и потерял управление фургоном, — сказал Каффи.
— Быть такого не может, — из вредности возразил Ян.
Пробка понемногу рассасывалась, и он старался воспользоваться любой возможностью, чтобы перепрыгнуть в другой ряд, где движение было поживее.
— Ну, теперь все ясно! — снова подал голос Каффи и энергично почесался. — Строительство там. Бетоновозы, блин, скучковались!
— И точно, а сзади какие-то бандрюли нас придавливают, — заметил один из однофамильцев-Орбенов и оглянулся. За машиной, как приклеенный, полз фургон с мутными стеклами.
— Сужение, — со вздохом произнес Ян, пристраиваясь за желтым седаном. Выстроившиеся в один ряд машины медленно ползли по огороженному проходу. Неожиданно впереди показался полицейский, пропустив желтый седан, он поднял жезл, запрещая Яну двигаться дальше.
— Не, ну что он делает, а, командир?! Что он делает?!
— Не дергайся, — посоветовал Мартин и оглянулся. Сзади их по-прежнему подпирал фургон с мутными стеклами.
