В мире личных владений и тайных коридоров, где каждый звезды имеет свой собственный небосвод, де Аль-Империал — шеф Поль Гарселя, наблюдает за своим клиентом с интересом. Внезапно разрываются улицы, как струны в гитарном ансамбле, а Гарсель улыбается, растворяясь в весеннем свете и легкометражке. Здесь каждый шаг и каждая отмеченная метка имеют значение....
— Чего?"
"— Сейчас вы все поймете, вот чип, и, если позволите, я хотел бы воспользоваться вашим терминалом.
Юргенсон перешел за письменный стол, а Гарсель по-свойски пододвинул стул и сел сбоку, чтобы видеть экран.
Едва загрузился чип, на темном фоне операционной заставки с логотипом «Сервис суперлогистик», появились тестовые команды:
«Мистер Юргенсон», «Тревис», «Хозяин»;
«Миссис Юргенсон», «Барбара», «Хозяйка»;
«Мисс Юргенсон», «Тилли», «Малышка».
— Что это означает?
— Вы должны выбрать вариант обращения к вам и другим членам семьи, сэр, — пояснил Гарсель.
— Ага! — кивнул Юргенсон, покусывая потухшую сигару. — Значит, так, я — однозначно — «хозяин».
— Отлично, — кивнул Гарсель. — А миссис Юргенсон тогда «хозяйка»?
— Да ни хрена! Хозяин должен быть один. Пусть остается миссис Юргенсон или Барбара.
— А как обращаться к вашей дочери?
— Ну… — Юргенсон пожевал сигару. — Надо, чтобы так — если строго, то «мисс», а обычно — «Тилли». Так можно сделать?
— Конечно, сэр, наши модели позволяют сделать подобную настройку.
— Зигфрид Рольх.
— Ну вот, может быть, «коллега Рольх»? Полагаю, он не обидится?
— Не обидится, ему не за это деньги платят, чтобы он еще обижался.
4
После обсуждения и подписания предварительного договора Гарсель собрался уезжать, и хозяин вызвался проводить его до машины. Продолжая дружескую беседу, агент сдержанно расхваливал обстановку в доме, то и дело добавляя, что сам, к сожалению, не может себе позволить «эту замечательную бронзу» или «эти удивительные обои».
На крыльце, словно часовой, стоял «коллега Рольх», и по сравнению с ним карауливший машину охранник выглядел каким-то простолюдином.
Спустившись с высокого крыльца, Гарсель и сам почувствовал себя не слишком уверенно. В парке залаяла собака, а затем из-за деревьев показался ребенок лет двенадцати — это была Тилли, дочь мистера Юргенсона.
Гарсель никогда ее не видел, но догадался, что это именно она.
На девочке была жокейская шапочка и коричневый брючный костюм с испачканными на коленях брюками. Тилли держала на поводке срывающего дерн рослого култшира, который хрипел от напряжения, пытаясь добраться до чужака.
— Привет, принцесса! Как охота на кроликов? — крикнул с крыльца Юргенсон, чувствовалось, что он перед дочерью заискивает.
— Кто это? — спросила Тилли, останавливаясь и дергая поводок, чтобы унять пса.
— Это мистер Гарсель, дочка.
