"
"Ведь слезы вновь навернулись на глазах, когда она услышала тихое:
— Ты – дочь Черчилля! Иного от тебя никто и не ожидал!
— Изменишь свое решение? — ухватилась за его последнюю фразу, как за спасительную соломинку. — Ради… него? В память о нем?
— Нет!
— А вот это нам предстоит еще обсудить, Борис Андреевич! — вмешался Дмитрий, хозяйским жестом заключая Лизу в свои давящие объятия. И уже ей он велел. — Успокойся. Хватит с тебя, Кроха!
Черчесов отстранился, надменно поглядывая на Похомова
Лицо ее дяди вновь стало равнодушной непроницаемой маской.
Ни эмоций. Ни жалости. Ничего.
— Не зарывайся, сопляк! – угрожающе. - Здесь решения принимаю я!
— А кто спорит-то? Ты его и примешь!
Она ожидала криков. Угроз. Возможно, драки.
Чего угодно. Но не спокойного вздоха со стороны дядюшки.
— При другом раскладе я сам бы тебе ее вручил! Но ты – один из нас. И всегда им будешь, шкет, независимо от того, до каких высот поднимешься в наших кругах или же опустишься в лице братвы. Все одно – бывших в нашем деле не бывает. Что касается моей племяшки, здесь я выполняю волю брата, и этим все сказано! Так что будь мудрее – захлопнись! Познакомься лучше с моим приемным сыном. Кирилл!
Последний подошел к ним, едва прозвучало его имя.
Схлестнувшись взглядами, они с Дмитрием молча рассматривали друг друга.
В полной зловещей тишине. Кажется, даже воздух загустел в тот самый миг.
Кирилл не выдержал первым. Стушевавшись, отвел взгляд в сторону.
Правда, тут же реабилитировался и протянул Похомову его футболку:
— Кажется, это твое.
— Себе оставь! — не особо дружелюбно отозвался ее мужчина.
Лиза напряженно застыла в кольце его рук.
— В чужих шмотках не нуждаюсь! – парировал Кирилл.
— Подумай лучше! – Дима прожег его зловещим взглядом. - Ведь эти шмотки - единственное что тебе перепадет, после меня!
— Оденься! — гаркнул на Дмитрия ее дядя, явно теряя терпение. — Прояви хоть каплю уважения к присутствующим!
— Ты это мне? — невозмутимо изогнул бровь Борзый. — Или все же сыну своему, Борис Андреевич? Он вроде как… тоже своим прессом здесь светит!
— Мой сын находится у себя дома! – ярый протест. - Хоть в трусах пускай здесь ходит, никто ему слова против не скажет!
— Да, ты прав! Слова здесь излишни! — с обманчивой нежностью в голосе озвучил Похомов. — Можно ведь решить вопрос… молча и вполне цивилизовано. Впрочем, так я и поступлю. Просто возьму, и прострелю башку ЛЮБОМУ, кому вздумается ходить в трусах перед МОЕЙ ЖЕНОЙ! Делов-то!
Глава 44
«Господи…»
В ушах зазвенело, а сердце стремительно и бесконтрольно ухнуло в пропасть.
Одно Лиза знала наверняка: она точно не ослышалась.
Дмитрий назвал ее своей женой!
Громко. Четко. При всех.