Глотая слезы, ощущая полное опустошение в душе, и тотальное безразличие к своей собственной судьбе, она без особых усилий выскользнула из своего временного укрытия наружу. На их фоне девушка была совсем крошечной. Телохранители даже не заметили ее побега.
Впрочем, ее вообще никто не замечал, даже когда она осталась без защиты. Все были слишком поглощены этим диким и бессмысленным противостоянием друг с другом, чтобы заметить того, кто не несут им угрозы. Это радовало. Вытирая слезы, Лиза окинула присутствующих пустым безжизненным взглядом, морально подготавливая себя к худшему.
К последствиям перестрелки. Хвала небесам, никто не погиб. Но раненных она насчитала около двадцати человек с обеих сторон. Учитывая характер ранений – ноги, руки, вывод напрашивался один - народ пока еще не озверел до такой степени, чтобы хладнокровно отправить кого-либо на тот свет. Щадили враги друг друга, хоть и запугивали нещадно. Отыскав взглядом Зарутского, Лиза напряженно вздрогнула. У него кровоточило плечо.
Пуля зацепила. Но Макар будто не замечал своего ранения. Он смотрел на нее долгим взглядом. С обожанием. С плохо скрываемой гордостью. О ее намерениях мужчина догадался без слов. Когда она медленно зашагала в сторону газели, на которой они столь феерично заявились на сходку, он двинулся следом, прикрывая ее со спины, точно орел своего глупого орленка. Обстановка вокруг накалялась все сильнее. Ярость затмевала людям разум. Взаимные угрозы и оскорбления сыпались со всех сторон. Становились более жесткими, и жестокими. Жажда крови преобладала над человечностью.
- Надо бы поскорее остановить этот беспредел, пока молодняк на новые приключения не потянуло! – улыбнулся Макар, едва они добрались до цели.
В ответ Лиза кивнула, без спроса прикасаясь к нему, и ощупывая его плечо.
- Как рука? Досталось тебе? Сильно болит?
Зарутский усмехнулся, качая головой:
- Ерунда. На мне все, как на собаке заживает.
- Пусть так и будет!
- Пусть! – охотно согласился. - Ну, что? Готова к возмездию?
- Угу.
- Ничего не бойся. Я буду рядом. Столько, сколько смогу.
Она равнодушно пожала плечами:
- Я не боюсь. Надоело. Мне уже… все равно.
С этими словами Лиза проворно забралась в кузов газели, намереваясь поставить-таки точку во всей этой мутной истории. Пока Макар откидывал с кузова полог, она подключила питание ко всей необходимой технике, прибавила звук на полную мощность, и уповая лишь на высшие силы, запустила воспроизведение видео. Затем спрыгнула вниз, встала рядом с Зарутским, и с жадной свирепостью уставилась на экран. Да, она уже видела эту запись прежде, но ее бедное сердце вновь щемило, как в первый раз. И конечности деревенели. И пульс ревел, оглушая. И дыхание по-прежнему перехватывало.