Автор
Утро следующего дня... Данила пришел за ней ровно в семь, но каждый звонок будильника теперь раздражал больше прежнего. Позиция тихо сдавалась, хотя самоуверенность и уверенность в своих решениях не должны были вызывать такую реакцию. Лиза знала об обязательствах Димы, но это не освобождало ее от чувства разочарования....
— Но почему?
Искренне удивилась Лиза. Что могло быть плохого в ее стремлении защитить себя?
— Соблазн – страшная вещь. И правильнее держаться от него подальше.
Взгляд Матвея, неотрывно скользящий по ее лицу, выражал гораздо больше эмоций, нежели эта брошенная им скупая фраза. И от этой искренности Лизавете стало дурно. И тошно.
О! Нетрудно догадаться, о каком соблазне он толковал. Им была она. Собственной персоной!
Неосознанно шагнула за спину Дане в поисках поддержки.
— Отчего же сейчас передумал? — тихий шепот слетел с пересохших губ.
— Обувь, Лиза! — рыкнул нетерпеливо. — Все вопросы потом.
Зашнуровать кроссовки дрожащими непослушными пальцами, как оказалось, не самая легкая задача. Она с ней, конечно же, справилась, но не столь быстро, как планировала. Для занятий Матвей выбрал небольшой участок во дворе, заросший мелкой густой травой. Вероятно, подстраховался на случай ее падения. Ведь за ее содранные колени и сбитые локти отвечать ему придется перед самим Похомом!
Стоя прямо напротив в воинственной позе – ноги на ширине плеч, руки скрещены на груди – сурово погладывала на мужчину снизу вверх, даже не представляя, чего ожидать от него в следующий миг.
— Как давно ты занимаешься танцами?
Встрепенулась от внезапного вопроса.
Неопределенно пожала плечами, не понимая до конца, какое ему дело.
— Более десяти лет.
Верещагин понимающе кивнул.
— Краем глаза видел вашу тренировку. Должен признать, чувствуется уровень.
Странные эмоции наполнили нутро. Противоречивые.
И похвала вроде, да только со вкусом горечи.
— Я и не в состоянии… пока еще.
— Вот уж не сказал бы. С Решетниковым ты разделалась. Сама!
Лизавета сдержанно улыбнулась. Хоть убей, а его энтузиазма по этому поводу она не разделяла. Верещагин буквально вперился в нее пытливым взглядом:
— Только вот.
Даже от косвенного упоминания о муже сердце ухнуло куда-то вниз и забилось быстро-быстро. Порывисто втянув в себя спасительный кислород, выпалила на выдохе:
— Нет. Просто… однажды он дрался при мне… и я… выходит, что запомнила. А в случае с Толей... просто повторила. Память хорошая. И зрительная, и механическая.
Вновь уверенный кивок.
