Автор
В темноте лишь слабое свечение далеких звезд рябит между ветхими обломками астерoidов и брошенными кораблями. Взгляды исследователей уже приближены к перекрестью ориентаста, когда бесформенное пятно медленно вползает на левую сторону экрана, становясь все более четким. Четвертый день и Грант тянется за каждым проблеском межзвездного света, чувствуя, как натиск рискованности с каждым часом приближается к пределу возможности....
— Кристаллы кварца, — пробормотал Молчанов, глядя на «деревья». — Необычная кристаллизация, не правда ли?
— Красиво… — отозвался равнодушно Сташевский, пошевеливая штурвалом.
Через несколько минут «лес» кончился и пошла полоса рыжей, чрезвычайно рыхлой почвы. Скорость сразу упала, пришлось увеличить тяговую мощность.
Небо потускнело, стало желтым и напоминало теперь пелену размытых дождем облаков, опустившуюся почти на голову. Зыбкое и пухлое светило тихонько всплывало из-за нечеткой линии горизонта, наводя своим видом меланхолию.
Сташевский включил ориентаст, автоматически направляющий антенну приемопередатчика в сторону Станции, попробовал разные режимы, но канал приема полностью перекрывался помехами, а слышат ли их на Станции, они не знали.
Танк скатился в узкую долину между грядами стометровых кристаллических останцев и нырнул в облако кисейно-желтого тумана, видимость в котором сильно ухудшилась. Вокруг предметов засияли светлые ореолы, затрудняющие ориентирование.
На карте вычислителя вспыхнули координаты танка. До цели оставалось немногим более тридцати километров по прямой. Они уже спустились в странную долину, имеющую форму ботинка, нормального человеческого ботинка, только ненормальных размеров. Будто огромный, пятисоткилометрового роста детина спрыгнул на планету, оставил два следа глубиной в несколько сот метров и исчез, заранее посмеявшись над безуспешными попытками людей объяснить форму впадин от его исполинских ног.
— Стоп! — рявкнул вдруг Сташевский.
Грехов еще ничего не заметил, но руки уже рванули аварийный тормоз, танк клюнул носом, а под ними внезапно загрохотало, тяжелый гул всколыхнул воздух, и в метре от гусениц раскололась земля, образовав быстро растущую трещину.
"Онемевшие, они смотрели на неожиданную преграду и молчали. И продолжение не заставило себя ждать.
