В черной паутине зловещей болотной тьмы — лишь эти глаза, холодные как лед и грустные как сердце разбитого мира. Кровь, смешанная с мерзкой грязью, затягивает тебя в бездонную яму невменяемой мракоты. Здесь каждый шаг становится ужасом, а каждое вздох — дыханием последнего выдоха....
Стас подошел к Сатурну, вытащившему из рюкзака объемистую брезентовую сумку и теперь раскатывавшему по земле ее содержимое – нечто зеленое, мятое, жутко вонючее.
– Наш плот, – пояснил великан.
– Что мне делать? – спросил Стас, критически рассматривая неприглядное резиновое изделие.
– Расправляй пока, а я буду накачивать."
"Сатурн выудил из необъятных недр своего «заплечного сарая» ручной насос и, подсоединив его к тому, что гордо именовалось «плотом», взялся качать. Дело пошло. Со страшной скоростью нагнетаемый в баллоны воздух начал придавать форму дальнему концу изделия.
– Что так долго? – требовательным тоном поинтересовался возникший из кустов Коллекционер. – Время-время, – постучал он пальцем по запястью.
– Где ты шляешься? – огрызнулся Стас.
Охотник присел рядом и начал расправлять слежавшуюся резину со своей стороны.
– Посрать отошел. Ничего, что без разрешения?
– Чего. В следующий раз предупреждай.
– Ты беспокоился? – ухмыльнулся Коллекционер. – Приятно. А я вот знаешь за что беспокоюсь? За грузоподъемность этого сомнительного плавсредства, – кивнул он на пухнущий с каждым движением поршня плот.
– Какая у него грузоподъемность? – обратился к Сатурну Стас.
– Полтонны.
– Ты сам-то сколько весишь? – спросил великана охотник.
– Двести сорок семь, – ответил тот и, подумав, уточнил: – Без оружия и амуниции.
– Херово, – заключил Стас. – Придется бросить часть снаряжения. Как минимум – все трофеи.
Рука Сатурна замедлила возвратно-поступательные движения, он скосил погрустневшие глаза на лежащий рядышком «Корд».
– А может, в два захода? У меня веревка есть. Пятьдесят метров.
– Таких веревок четыре штуки нужно, – убил Коллекционер едва зародившуюся надежду. – И некогда нам туда-сюда мотаться. От противоположного берега до леса еще метров восемьдесят по холмам и пригоркам.
– Короче, – подытожил Стас, – все излишества долой. На тот свет их не заберешь, а вот они тебя утянут запросто.
– Черт! – тряхнул головою Сатурн и утопил поршень насоса с такой силой, что рукоять звякнула о корпус.
Спустя пару минут злоба на жестокие обстоятельства, заставляющие расстаться с нежно любимым пулеметом, трансформировалась в полтора кубометра воздуха, закачанного в баллоны.
– Давайте-ка дружно… – войдя в роль командира, начал охотник, но Сатурн, ухвативший плот за протянутую вдоль восьмигранного корпуса веревку и в одиночку взваливший его на плечи, не позволил достойно завершить воззвание. – А… Ну ладно.
