Учился он быстро, чему я был совсем не удивлён, в отличие от других. Оливер больше хвалил его, но это меня не задевало. Как говорила Оливия, если Оливер привязывался, то у него напрочь отключалось критическое мышление. Спорить с ним не хотелось. Может, ко мне он был строг, потому что я чистокровный.
– Bene laborātis! – изрёк Оливер, затем повторил: – Хорошо потрудились.
– Ita vero[4], – согласился Леон.
– Не хотите как-нибудь вместе позаниматься латынью? – внезапно предложил Скэриэл.
– Ты тоже её учишь? – удивился Оливер.
– Да, не хотелось бы отставать.
– Хорошая идея, – мигом отозвался я. Скэриэл и латынь? Почему я не знал об этом?
– Я не против, – кивнул Леон.
– Оливию приглашаем, или у нас будет чисто мужская тусовка? – Оливер деловито потянулся к своему рюкзаку.
– Я ей буду только рад, – ответил Скэриэл.
Мы с Леоном согласились.
– Тогда я позвоню ей и предложу. В какой день? Может, завтра? Как раз воскресенье.
Я бросил на Скэра быстрый взгляд. Он закусил губу, затем нерешительно сказал:
– Так, завтра с утра у меня другие планы. Может, на неделе?
– В понедельник? – предложил Оливер.
– В понедельник у меня репетиция, – отозвался Леон. – Но вы можете собраться без меня.
– Так дело не пойдёт, – проворчал Брум. – Мы должны собраться все вместе. Вторник после занятий?
К несчастью, они выбрали вторник. В пятницу нам предстоял экзамен по тёмной материи, и мне хотелось больше времени посвятить подготовке, но Оливер и Леон не воспринимали этот предмет всерьёз. Они-то с лёгкостью выполняли любые задания. А вот для меня это был сплошной стресс.
– Ви-и? – протянул Оливер, прижимая телефон к уху. – Мы тут хотим собраться во вторник и позаниматься латынью у Скэриэла… Что? – Он осёкся, а затем испуганно проговорил: – В смысле?
Оливер занервничал и повернулся к нам спиной, стараясь скрыть лицо. Я не придал этому значения, пока не увидел встревоженного Скэра. Леон дотронулся до моего плеча:
– Что-то случилось?
Я пожал плечами.
– В чатах? Во всех чатах лицея? Ты уверена? – протараторил Оливер и повернулся к нам. Он выглядел всё более испуганным и потерянным. – Я не знаю ничего про это… Сейчас? Жду.
Он отключил смартфон и уставился в пол, шумно дыша, почти задыхаясь. У него задрожали руки, заблестели глаза. Первым не выдержал Скэриэл:
– Что произошло?
– Кто-нибудь сидит в чатах нашей группы? Или лицея? Оливия говорит, что ещё есть общая анонимная группа лицея.
