I quit smoking! Right now! <Я бросил курить! Прямо с этой минуты! (англ.)> – крикнул он официанту.
– Разреши, я сделаю заказ по своему вкусу? – спросил Игрек.
– Разрешаю, – буркнул Дима. Очередной запрет на курение здорово расстроил его.
Когда половой отошел, Игорь протянул Диме через стол тот самый сверток в подарочной бумаге.
– Это для тебя, – сказал он. – И еще для одной молодой особы.
Дима взвесил сверток в руке:
– Деньги? Золото-бриллианты?
Игрек молча улыбался.
Дима разорвал подарочную бумагу.
В свертке были две фотографии. Две одинаковые фотографии. Каждая обрамлена в изящную, со вкусом подобранную и, видно, не дешевую рамку.
На обоих фото – один и тот же кадр. Три человека:
Дима, Татьяна Садовникова и Игрек – Игорь Старых.
Карточки, очевидно, были сделаны скрытой камерой.
Все трое, в очень поношенной, очень русской, нелепой одежде. Они только что вышли из железной двери в глухой стене. Лица у всех изможденные, однако почему-то одновременно и одухотворенные, и довольные.
– Единственная картинка, где мы втроем вместе, – прокомментировал Игорь. – Это нас выпускают из финской тюрьмы <Подробнее см.: Литвиновы А, и С. "Отпуск на тот свет".>. Через запасной выход, помнишь?
Один-единственный папарацци исхитрился и сделал кадр. Для газеты "Сан". Я нашел ее в здешней библиотеке. Вот и заказал по карточке для каждого из нас троих.
– Спасибо, старик, – прочувствованно сказал Дима.
Он и в самом деле был тронут.
– Одно фото передай Татьяне, – продолжил Игрек. – Второе, если хочешь, оставь себе. Третье я повесил у себя в гостиной.
– А ты стал сентиментальным, старик.
Официант принес аперитив: Игреку – мартини, Диме – джин с тоником.
– Как поживает Татьяна? – спросил Игорь.
Дима не успел ответить: зазвонил телефон. Он ни от кого в Америке звонка пока не ждал и в первый момент не понял, что телефон трещит в его кармане. Оторопело выудил мобилу, произнес:
В трубке прозвучал ленивый, волнующий, хрипловатый женский голос. Только через пару секунд Полуянов сообразил, что это – Пола Шеви.
– Да, это я, – произнес он по возможности интимней.
– Не соблаговолите ли заглянуть ко мне попросту, по-соседски? На обед?
– Да, я готов, – быстро согласился Полуянов. – Когда?
Вечерняя поездка в центр и прогулка по бутикам (до чего обидно разглядывать дорогие вещи, а себе ничегошеньки не покупать!) Надю окончательно измотали.