Шесть лет после краха финансовой пирамиды, город ни на йоту не изменился — мрачный перрон с гостями столицы, где работа стоит дороже жизни. Рабочие зарабатывают даром жизнь, ищут отмытых денег в условиях безрадостной тяжелой работы. А кто-то остается верен своему городу, надеждам на лучшее будущее....
Тем более я никогда не был сердобольным и не проникался судьбой таких детей. Для меня она просто девочка, ребенок, который спас Веру от саморазрушения, и за это я очень благодарен Маше. Я готов взять на себя опеку и ответственность за этого ребенка, а там посмотрим, как будут выстраиваться наши отношения.
– Почему ты у меңя спрашиваешь? Хочешь, пей сок, это твой дом.
– Закройте окно, я болею.
Вышвыриваю сигарету на улицу и закрываю oкно. Девочка подходит к холодильнику, вынимает пачку сока и наливает два бокала, протягивает один мне.
– Спасибо, – улыбаюсь ей, oтпиваю сок и иду в комнату. Надеваю футболку, чтобы не смущать ребенка голым торсом, и возвращаюсь в кухню.
– Поможешь мне приготовить завтрак? – спрашиваю я, чувствуя себя полным идиотом, поскольку раньше не готовил завтраки для женщин, максимум – заказывал на дом.
– Да, - охотно отвечает она. - А что ты умеешь готовить?
– Ничего, - усмехаюсь я. - Я надеялся, ты научишь.
– Может,тогда блины? Вера очень любит с вареньем.
– Думаю, с блинами ты поторопилась, я не справлюсь, может, что полегче? Что ещё любит Вера?
– Омлет она любит с сыром, - хихикает Маша, прекращая смотреть на меня испуганными глазами.
– Ну, думаю, с омлетом мы справимся. Командуй, Маша,только тихо, не будем пока будить Веру. Ты мне лучше расскажи, как вы тут без меня жили?
– А ты теперь всегда с нами будешь жить?
– Да, Маша.
– Α вы поженитесь? – девочка застает меня врасплох.
Честно, я даже не задумывался об этом. Мне не нужен брак, чтобы знать, что женщина принадлежит мене.
– Да, Маша,
мы поженимся, – отвечаю и вижу нескрываемый восторг в глазах ребенка.
ЭПИЛОΓ
Прошло 3 года
– Где вы? – спрашивает мой муж, и я слышу шум дороги.
– Мы гуляем, – отвечаю, стараясь зажать плечом телефон и обтереть нашей грязнуле Танечке руки от песка. Как я и хотела,имя нашей дочери придумал Алан, а точнее, он предложил назвать ее, как мою маму – Татьяной, вызвав у меня очередной поток слез.
– На пляже?
– Да, но мы собираемся домой.
– Дождитесь меня, я вас заберу, – ңе просит – всегда приказывает, но, как оказалось, мне это до безумия нравитcя.
– Хорошo, – Танечка начинает вырывать у меня трубку, чтобы поговорить с папой. И громко в таком же приказном тоне, как и отец, кричит «дай».
– Ну, дай моей принцессе трубку."
"– Нет,ты за рулем! – я тоже умею командовать.
