Располагайте всем, чем владею, муж мой, - проявила я неслыханную щедрость.
- Это само собой разумелось, мадам, раз вы стали моей женой. Все, принадлежащее вам, стало моим, - отворачивался он похоже, широко улыбаясь: - Вам следовало тщательно изучить договор. Тогда его условия не стали бы для вас сюрпризом.
Было много чего еще, что случилось за это время – узнавание друг друга, мелкие и крупные уступки, даже серьезные принципиальные споры. Было моё желание радовать его – едой, комфортом и уютом, и его бережное отношение ко мне и потребность задаривать и баловать. Оказалось, что мой муж совсем не беден, и кормила его не только деревня Ло. Четвертому сыну тоже положен был кусочек доходов от отцовских вотчин.
В моих покоях стояло то большое зеркало и каждый день с утра я исполняла своего рода ритуал – становилась боком и обтягивала рубашкой небольшой пока, упругий и плотный животик. И сама не понимала – что чувствую? Именно тогда стало происходить кое-что еще - понятное для меня и для Рауля, скорее всего, тоже. Но не обсуждаемое… по умолчанию.
Я влюблялась. И он должен был понимать это, потому что видел как я смотрю... какое удовольствие получаю от наших разговоров, просто от того, что он рядом - сидит, что-то пишет. И наверное, это было ожидаемо, там просто не было шансов остаться равнодушной. С каждым днем он становился все красивее в моих глазах. И почти каждый день я в нём что-то открывала для себя – улыбки, взгляды, движения… И игру на двойной флейте. У него был абсолютный слух. Мелодии, которые я напевала, подхватывались им моментально. К концу зимы на флейте кое-как играла и я.
А еще умела танцевать чинные танцы – тот же менуэт, которым открывают балы.
Были прогулки в тихие дни. Мы под руку шли по дороге, а вокруг с радостным лаем носились собаки. Я привыкла к ним.
Несколько раз я оказывала медицинскую помощь - несложные случаи, к счастью. О том, что я медик, все знали от Бригитт, я сама рассказала ей об этом.
Тренировки на шпагах виконта и Андрэ… Как-то я видела по телевизору соревнования шпажистов – пара шагов, пара неуловимых для взгляда движений шпагой и окрик судьи... А здесь – настоящий танец. Необыкновенно красивый и опасный мужской танец, где есть все – мужественность и неповторимая грация, напор и временное отступление, резкие вскрики и шипение сквозь зубы… Улыбка на лице и короткие быстрые взгляды в мою сторону – вы смотрите, видите это, мадам?
Я видела... Видела всё - длинные ноги и узкие бедра, широкий разворот плеч и темную поросль под распахнутой на груди широкой рубахой. И мягкую опасную силу во всем этом, которая означала для меня надёжную защиту.
Его отношение к слугам… Это было что-то на грани, идеальный баланс – мне еще учиться и учиться такому.