Вижу еле заметный жест Старого, просит ничего не делать.
– Семён, я говорил, что сам поговорю и решу всё. Чего вы сунулись?
– Потому, что ты ничего не решаешь, а лишь лясы точишь с этим краснопузым. Их резать надо, а не говорить.
– Это за что ж такое меня надо резать? Вроде не немец, да и не враг я вам.
– Да вы, краснопузые, хуже любого немца! – бросил недовольно ещё один боец, похожий как брат-близнец на первого казачка.
– Это чем же? Живу себе в деревне, никого не трогаю, что я такого сделал вам?
– Да все вы одинаковые! Настоящие люди воюют за нас, а вы или против, или отсиживаетесь, прячетесь, суки трусливые.
– А вот сейчас обидно было, – всерьёз обиделся я. – Иван, как ты оказался в одной компании с такими злыми ребятками? Уж ты-то знаешь, трус я или нет, сколько мы с тобой повидали на фронте!
– Кончай базлать, краснопёрый, молись, здесь останешься!
Значит, уже всё решено, и Иван ничем тут не поможет. Ладно, раз нет другого выхода…
– Однажды, когда я из плена сбежал и вернулся к своим, попал как раз к вашим братьям, так вот, там были настоящие казачки, которые руку жали и едой делились, признавая за мной право сидеть рядом и называться воином. Но вы не такие, вы – позор для казака. – Вижу, как они вынимают шашки, внутри всё начинает улыбаться, зарубить хотят, ха, да я о таком и мечтать не мог! – Это мой лес, а вы на моей земле, – мгновенно выхватываю пистолет и делаю шаг в сторону, чтобы Старый мне не перекрывал линию огня, – и здесь останетесь именно вы!
В тот момент, когда я уже поднял пистолет, заметил краем глаза движение за спиной Старого. Один из его же дружков уже замахивался на Копейкина. Мне было крайне неудобно, Иван закрывал врага от меня, и пришлось делать прыжок. Едва коснувшись земли, попутно ударившись о сосновые корни плечом, делаю быстрый выстрел. Казачок, угрожающий моему другу, падает с простреленной грудью, выронив шашку. А дальше пошло уже совсем другое действие. Оставшиеся солдаты начали доставать свои пистолеты, но помог мне в этот момент осознавший все разом бывший товарищ. Старый выхватил огромный «маузер», и в два ствола мы просто покрошили казачков, не успевших даже поднять оружие. Наступила звенящая тишина, лишь птицы громко кричали где-то невдалеке, испуганные шумом наших выстрелов.
– Почему, Коля? Вроде нормальные ребята были, почему они не поверили мне и сделали всё это? – Старый обходил тела своих товарищей и причитал.
