Да, Малой бежал от них ко мне, надеялся найти, решил, что я помогу. Он всё сделал сам, я лишь нашёл его у лекарки, ну и подлечил опосля. Думаешь, он рад будет узнать, что его Батя, как он тебя часто звал, теперь у белых, которые уничтожили всех его родных?
– У меня нет ответа, Ворон, – опустив голову, ответил старый вояка, – сам всё знаешь, разделилась страна на две части, и что будет, когда всё это прекратится, не знает, наверное, никто.
– Вот ты сам и ответил на свой же вопрос. Я ни с кем и надеялся, что каждый из вас, обладая некоторыми знаниями, которыми я с вами поделился, займёт именно такую позицию. Главное, Старый, не то, с кем ты, а против кого.
– Я не мог по-другому… Вернулся к себе на Дон, а там красные вырезали всё село… Так же как у Ваньки, только, видишь, наоборот.
– Сложность ещё в том, что люди бывают разные. Как к красным могли прибиться всякие сволочи, так и к белым. Поэтому и говорю, нельзя однозначно встать на чью-либо сторону. А воевать против своих же вообще нельзя, неправильно это.
– Ты о Лёшке что-нибудь слышал? – перевёл разговор на другую тему Старый.
– Нет, вроде как он хотел в столице остаться, но точно не знаю.
– Там и остался, он сейчас батальоном командует, за большевиков, конечно. Но не это беспокоит… У нас начали здорово истреблять офицеров…
– А ты помнишь, чем мы на фронте занимались?
– И очень в большом количестве, прямо беда. А я у своих, – при этих словах Старый поморщился, – не могу внедрить эту схему, противятся и баста.
– Я тебе в этом не помощник, извини, Вань.
– Меня просили тебя найти.
– Это кто же? – удивился я.
– Его превосходительство, Сергей Леонидович.
– Так ты у него? Как ты к нему попал?
– После того, что увидел дома, пошёл куда глаза глядят. Встретил казачков, прибился к ним, а через несколько месяцев оказался в армии Маркова.
– Да, у него армия теперь. Добровольцев очень много, так что перевес красных пока не так однозначен.
– Он всё равно будет, Ваня, белые упустили самое главное, заботу о простых людях. Красные берут именно тем, что они за простой народ. Люди к ним тянутся, а за народом сила.
– Генерал меня узнал сразу, спросил о тебе и, узнав, что вернулись мы вместе, просил найти и узнать, где ты и с кем, – продолжал Старый заготовленную тему.
– Ну, так и передашь ему, Воронцов со своими не воюет. А если бы он помнил, что я ему говорил, то и он бы не стал. Пойми, власть уже никогда не будет прежней, все изменилось. Большевики серьёзно изменят страну, причём к лучшему.
