Автор
Солнце заливало светом стекла в шестом классе, где ученики уже привыкли к дребезжанию окон после долгого урока. Пятница приближалась со своими приятными изменениями — свободой и новыми книгами. Атмосфера стала более расслабленной, хотя работа над домашним заданием не теряла своей актуальности....
– Нет, я тебя ждала, но уснула. Без тебя мне не спокойно, – прошептала и прижалась ко мне ещё сильнее, обвивая тонкими ручками мою шею. – Можно Гаральд будет спать с нами?
– Можно, но в моменты нашей близости придётся его выпроваживать. Он всё-таки мужчина, а я конкуренции не потерплю! – немного глупая шутка, но она улыбнулась.
Провела пальчиками по моим губам, лишь легко касаясь, обвела по контуру, переместилась на подбородок, дальше заскользила по шее вниз, спускаясь к груди.
Мне нравится, когда она касается меня, ещё больше, мне нравится прикасаться к ней.
Во взгляде моей женщины непонятные эмоции плескаются сомнением, но она сомневается не во мне, в себе, скорее. Будто отчаянно жаждет мне что-то сказать и никак не решается, останавливая себя, приказывая молчать. Но я хочу, чтобы говорила, не имеет значения насколько сказанное важно, так я всегда буду знать, чего она хочет.
Её руки на мгновение замирают, а дыхание сбивается, бездонные глаза смотрят на меня – жадно, открыто, словно она оголяется передо мной, впускает в свою душу.
– Я тебя люблю… – шепчет одними губами, а в моё сердце врывается ошеломляющий ураган, приносит с собой невероятные эмоции эйфории и счастья, растекающегося щемящими душу потоками.
– Люблю тебя, моя девочка, – тут же говорю ей в ответ.
Не могу не сказать, потому что впервые в жизни понимаю, что значит любить настолько, что кажется душа уносится куда-то вверх, а сердце заходится в бешеном ритме и весь твой смысл жизни в один миг сужается до размера карих глаз, которые смотрят на тебя с невероятной любовью.
Сегодня наша близость окутана бесконечной нежностью: неторопливыми движениями и скользящими прикосновениями. Это вся та же страсть, но другая, более глубокая, более проникновенная, соединяющая не только тела, но души. Лера открывается мне настолько, что я сам задыхаюсь от ощущений и её бесконечного доверия.
Она принимает меня полностью, выгибаясь своим тонким телом мне навстречу, просит не останавливаться, требует меня всего.
Глава 20
– Мам, знаешь о чём пойдёт разговор? – Роберт смотрит в зеркало заднего вида, встречаясь взглядами с матерью. Ему не терпится узнать, зачем Эдуард Константинович собирает нас всех в поместье.
– Эдик всё расскажет сам, – Елизавета Андреевна мастерски уходит от ответа, перекладывая право оповещения на бывшего мужа.
