Темнота за окном усиливается, а внутри дрожит только он, Тимофей Романцев. Его последние мгновения в этом мире уходят через почту, посылаемой на далекую столицу. В сердце города сжигают письмо, но его содержание неизбежно достигнет адресата. В чемодане — все то, что важно: документы, ключи и тайный код, скрепленный вечно держащимися золотыми цепочками. На улицах столицы он чувствует знакомую мрачность ночи, но это не то место для последнего прикосновения к жизни....
— Озарение, стало быть, нашло?
— Ну-у…
— Что-то темнишь ты, старшина, — неодобрительно покачал головой Романцев. — Тебя бы в контрразведку, да допросить как следует! — усмехнулся он.
— Товарищ капитан, — прижал руки к груди Щербак. — Как на духу говорю, ведь…
— Ладно, поверил, природу любишь. Пойдем дальше прочесывать, натуралист ты наш… Надо найти этого гада! Не должен он уйти, все дороги перекрыты. Он где-то здесь затаился. А шел он сюда, к этим бандеровцам!
Растянувшись в длинную цепь, держа наготове оружие, красноармейцы двинулись в глубину леса.
— След, товарищ капитан, — произнес шедший впереди красноармеец Строев.
Наклонившись, Тимофей увидел узкую дорожку примятой травы, уводившую в сторону сбегавшего по белым камушкам тонкоголосого ручейка.
— По ручью он пошел, — предположил Строев, — на той стороне следов не видно. — Вот только вопрос куда: вверх или вниз? Можно разделиться на две группы, чтобы выяснить.
"— В общем, так, времени у нас в обрез! — посмотрел Романцев на старшину. — Делим наш оперативно-разыскной отряд на две группы. Ты, Щербак, пойдешь вверх по течению, а я вниз по ручью. В твоей ответственности группа захвата. Этого гада нужно брать живым! Если вдруг услышишь выстрел, идешь прямо на него. Все понятно?
— Так точно! Первый взвод, за мной! — сказал Богдан подошедшему сержанту.
Тимофей с группой бойцов, шагавших друг за другом, заспешили вниз. Яловые сапоги ощущали холод бегущей воды, под ногами хрустел галечник, бичевник, торчавшие камни затрудняли движение. При должной сноровке диверсант мог уйти прямо по ним, не оставив никаких следов, так что надежда только на внимательность бойцов, шедших по обе стороны от ручья.
