Темнота за окном усиливается, а внутри дрожит только он, Тимофей Романцев. Его последние мгновения в этом мире уходят через почту, посылаемой на далекую столицу. В сердце города сжигают письмо, но его содержание неизбежно достигнет адресата. В чемодане — все то, что важно: документы, ключи и тайный код, скрепленный вечно держащимися золотыми цепочками. На улицах столицы он чувствует знакомую мрачность ночи, но это не то место для последнего прикосновения к жизни....
— Кто у нас работает в сорок втором квадрате?
— Эта зона нашей ответственности, товарищ полковник, — поднялся с места капитан Романцев, одернув гимнастерку.
— Мне только что доложили, что в этом квадрате десантировался парашютист. На место уже отправлен батальон для прочесывания местности. Вы должны на месте скоординировать все действия и не дать возможности врагу уйти!
— Разрешите приступать?
— Ступайте! И не забывайте… Диверсант нужен нам живым!
Еще через сорок минут Тимофей Романцев был в сорок втором квадрате.
Акция по поимке диверсанта выливалась в масштабную операцию. Для прочесывания местности был задействован триста сорок пятый специальный батальон НКВД, имевший немалый опыт в подобных мероприятиях. Привлечен также запасной полк: офицерский батальон был отправлен на патрулирование, батальон рядового и сержантского состава перекрыл все тропы вокруг лесного массива и установил КПП на основных магистралях. В местах возможного движения диверсанта военной контрразведкой были устроены «секреты».
Район высадки диверсанта был залесен, изрезан оврагами, что значительно затрудняло прочесывание.
Задерживали всех, в ком имелось хотя бы малейшее сомнение. Таких набралось двадцать три человека. По каждому из них решили провести более глубокую проверку. Соединения между собой сообщались по рации, докладывали о прочесанных участках. Диверсант находился где-то внутри сжимающегося кольца. Затаился. Выжидает. Но деться ему некуда!"
"Бойцы НКВД, разбившись на четыре группы, рассыпались в длинные цепи в пределах видимости и двигались к центру лесного массива.
Капитану Романцеву приходилось бывать в этой местности, месяц назад этого сруба здесь не было.
— Постой! — попридержал он старшину. — Что-то здесь не так.
Некоторое время наблюдали за срубом из-за деревьев: не объявится ли кто? Но вокруг и внутри сруба никакого движения. Беспокойными выглядели лишь полевые цветы, слегка покачивающие бутонами при порывах ветра.
— Выдвигаемся понемногу, только осторожно, — предостерег капитан. — Растянулись в цепь! Не нравится мне все это. Здесь могут быть бандеровцы.
