Идущий в ночи проливной дождь сразу намочил волосы, но парень лишь тряхнул головой, подставив лицо под холодные капли.
Девушка открыла глаза, но не могла ничего понять. Светлые пятна на тёмном фоне постоянно дёргались и расплывались. К горлу подкатывала тошнота, от озноба потряхивало, а вестибулярный аппарат отказывался определять, в каком положении она находится. Спустя некоторое время Мила сообразила, что лежит со связанными руками на металлическом дне большой клетки, которую расположили на месте задних сидений и багажника машины. Девушка с трудом свернулась в позу эмбриона и медленно вывела руки из-за спины вперёд. Крепко затянутые узлы пластиковых наручников до крови врезались в отёкшие запястья. Милка сжала зубы, стараясь стерпеть боль и не закричать. Однако этот манёвр позволил ей освободить руки, принять более или менее вертикальное положение и оглядеться. Впереди сидели трое мужчин в серых комбинезонах, все были с оружием. За лобовым стеклом сменялись ночные пейзажи. Внедорожник то и дело резко сворачивал, объезжая аномалии, и Милку, лишённую возможности крепко держаться за прутья решётки, раскачивало из стороны в сторону. Она забилась в дальний угол клетки, чтобы не ударяться о металл и видеть, что творится вокруг. Сначала она старалась размышлять о том, зачем её похитили и куда везут. Однако голову забивали лишь одни воспоминания: стрельба, ранение подруги, злое лицо наёмника, его карие глаза, полные удивления и боли. Милка едва сдержала рвотный позыв, глотая воздух широко раскрытым ртом. Она убила этого человека! Осознание содеянного вдруг отключило все воспоминания, и девушка вернулась в реальность.
Машину хорошенько тряхнуло, и она замедлила ход. Миледи с интересом посмотрела в лобовое стекло. Впереди показалось ограждение – тонкие бетонные плиты высотой более двух метров с натянутой поверху спиралью Бруно. Спустя несколько минут, в течение которых водитель с особой внимательностью глядел то на дорогу, то на дисплей детектора аномалий, машина подъехала к воротам. За ними обнаружились вторые, с забором из плит покрепче, открывшиеся только после закрытия первых. «Шлюз, – догадалась Милка. – Интересно, зачем он? Чтобы никто лишний не попал внутрь? Или изнутри?»
Дорога находилась на некотором возвышении, поэтому девушке было сложно разглядеть в темноте окружающую местность. Она повернулась в сторону задних дверей, и, на её удачу, дождь смыл налипшую ранее грязь.