— Я надеюсь, вы больше ничего запрещенного не делали? Что за странный запах?
Мы переглянулись, но ничего не сказали, тем более, что Стас успел скрыть улики.
Было немного не по себе, но мы заранее договорились отрицать все обвинения, если их нам предъявят. Ничего не видели, ничего не слышали.
— Слышь, Макс! — тихо произнес Самарин, когда мы вышли из нашей комнаты отдыха. — Кажется, зря мы вчера это сделали!
— Почему? — улыбнулся я.
— А ты глянь, какой Лось недовольный ходит. Ему ведь первому влетит за наши дела.
— То есть, ты хочешь сказать, что зря я ту курицу кесарил?
— Ну, не зря… — Димка потер затылок. — Суп отменный получился!
— Вот! — сдерживая смех, произнес я выглянув в коридор. — Было пятьсот кур, одна пропала, сколько осталось?
— Четыреста девяносто девять!
— Только я логики не уловил… — Димка почесал затылок.
— Если что, скажем, что она улетела! — осторожно добавил Михайлов. — А кости я спрятал вместе со скорлупой, никто не найдет. Потом навоз будете вывозить на тачке, перья тоже заберите.
— Саня! — возмутился Лаптев. — Куда может улететь курица из закрытого курятника? Стены из кирпича, крыша прочная. Окна маленькие, да и те закрыты решетками.
Тут сложно было что-то придумать, поэтому вопрос остался открытым.
А после обеда, в конце дня, пропажа курицы все-таки всплыла наружу. Поднялась небольшая шумиха. Спустя какое-то время, прапорщик Лось, покинув кабинет управляющего птицефермой, буквально рвал и метал.
— Громов, вашу мать! Вы куда дели эту несчастную курицу? — допытывался он.
— Все были на месте. Я их не считал, меня яйца больше интересовали.
— Не лохмать мне бабушку! Вы тут втроем были, в течении десяти часов, вся третья зона под вашим контролем была. Стены прочные, крыша дощатая, сверху накрыта черепицей. Птица что, подкоп сделала?
Мы едва не заржали. Остановил только грозный вид старшины.
Короче, прапорщик, конечно же, догадался, что за пропажей пернатой единицы стояла наша троица. Но доказательств у него не было.
К счастью, наше пребывание на предприятии завершилось нормально и мы все-таки вернулись в часть. Правда, уже под самый конец наряда прибежал взволнованный Михайлов и сказал, что яму, где он спрятал перья и кости, кто-то раскопал… Чудеса, блин!
А по прибытии в родную часть, выяснилось, что тут тоже новости.
— Оп-па! — обрадовался младший сержант Петров, когда заметил прибывший с птицефермы наш наряд. — Ну что, Громов! Как все прошло?
— Нормально, пойдет.
— Ну а как же без этого? — улыбнулся я. Остальные тоже стояли с довольными мордами. И только вошедший за нами старшина был не в духе — видать, ему за эту курицу действительно прилетело. Ну, подумаешь, я и так самую маленькую и тощую выбирал…
— Молодца! Кто дерьмо за птицами убирал? — подключился Кукушкин.