Сначала было тихо, лишь слышалось хлопанье дверей тумбочек, да недовольное ворчание. Воскресенье обещало быть спокойным, а то даже меня задрало скакать как сайгак по холмистой местности. Многие успели скинуть вес, подтянули силу, скорость и выносливость. Даже самый толстый из солдат по фамилии Литвинцев, научился подтягиваться два раза. С половиной.
Время шло, проверка тумбочек подходила к концу. Вдруг, в какой-то момент раздался изумленный голос ефрейтора Кукушкина:
— О-па-на! Вот это залет!
— Что там у тебя? — поинтересовался Петров.
Раздалось буханье кирзачей. Какой-то скрип.
— Так, кто живет в шестой тумбочке?
— Я! — одновременно отозвались Рыскин и Кольский. Причем у первого было такое выражение лица, будто его тумбочку в плен взяли.
— Давненько такого не было. А ну-ка… Прохоров, Куртов, вынесите этот предмет армейского интерьера на центральный проход, чтобы вся наша доблестная первая рота видела этот позор!
Без промедлений, тумбочку залетчиков вынесли на всеобщее обозрение. Вся рота увидела причину того, что именно не понравилось командиру отделения. Всю нижнюю полку занимала…
— Посылка! — громко заявил Петров. — Причем, вскрытая! Получается, кто-то из этих двоих втайне получил бандероль и хотел ее сожрать втайне от товарищей?
Кукушкин при этом продемонстрировал открытый деревянный коробок. — И ладно бы от товарищей, но еще и от сержантов?! Вот это совсем некрасиво. Так, чья посылка?
— Моя! — грустно произнес Кольский. — Я ее только получил. Перед построением положил в тумбочку.
— Конечно, вот прямо сейчас вскрыл и положил. Чтобы не испортилось, да? — Петров кивнул, затем вывалил содержимое на ближайшую кровать. — Да-а, испоганил ты мне настроение, Кольский… Нужно его теперь обратно поднять! А заодно и объяснить тебе так, чтобы ты все понял и больше так не делал.
Валера мигом догадался, что нужно поделиться. Обычно, такой «налог» колеблется в районе пятидесяти — шестидесяти процентов. Но бывает и больше, зависит от косячности солдата и наглости «стариков».
— А, так это самое… Угощайтесь! — громко заявил он и выдал свою фирменную улыбку со взглядом деревенского маньяка.
Рота загудела, но Петров наградил всех строгим взглядом.
— Тишину настроили! — хмуро произнес ефрейтор Кириллов. — Как бабки на базаре!
Младший сержант Петров подошел к Валере и посмотрел в его маленькие глазки. Тот и не подумал отвести взгляд. Комод не смутился и продолжил:
— Кольский, ты что же думаешь, я буду отбирать у голодного солдата последние запасы пищи? Нет, я не настолько жесток. Мы с ефрейторами потерпим и обойдемся. А вот твои товарищи, очень на тебя обидятся. Знаешь почему?
— Потому что я не успел поделиться?
— Нет. Не поэтому. Правильный ответ, не не успел, а не захотел.