– Ты собираешься снова отправиться с ней на свидание?
– Не думаю, что у меня есть выбор, – стонет Холлис. – Судя по всему, во вторник я веду ее в кино.
– Здорово! По вторникам билеты за полцены. Вам стоит посмотреть новый марвеловский фильм.
– Я не хочу смотреть никакой новый марвеловский фильм, придурок! Я вообще никуда не хочу идти с этой девицей. Она слишком маленькая для меня, слишком меня раздражает и… – Он испуганно замолкает и засовывает руку в карман своих штанов. Достав телефон и посмотрев на экран, Холлис становится белым, как мел. – Боже, это она.
– Ты сохранил ее номер в своем телефоне? – спрашиваю я.
Я валюсь набок, сотрясаясь от беззвучного смеха.
Фитц, забавляясь происходящим, качает головой:
– Ты же знаешь, что можешь изменить контакт?
Но Холлис уже отвечает на звонок. Он едва успевает сказать «привет», как из телефона начинает литься возбужденное щебетание.
Мы с Фитцем ухмыляемся друг другу. Понятия не имею, что там говорит Рупи, но она тараторит, как из пулемета, и объятый ужасом Холлис – это, скажу я вам, бесценное зрелище. Давно меня так не развлекали.
– Но я не люблю романтические комедии, – жалобно произносит он.
– Нет. Я не хочу смотреть кино. Если ты хочешь провести со мной время, то давай пойдем куда-нибудь еще и потрахаемся.
Следуют пронзительные крики.
Я сворачиваюсь в калачик в припадке истерического хохота.
– Ладно, фиг с тобой! Мы пойдем смотреть это идиотское кино, но тогда тебе лучше поцеловать меня, Рупи, и не вешать лапшу на уши про поцелуи на втором свидании, потому что если бы на твоем месте была бы какая-нибудь другая девушка, мы бы уже трахались!
Весь остальной мир перестает существовать для Майка Холлиса. Он поднимается с кровати и выходит из комнаты Саммер. Из коридора доносится его возбужденный голос.
– Никакой я не сексуально озабоченный! У меня не было секса с тех самых пор, как я встретил тебя.
– Думаю, да. Но если честно, его и до этого нельзя было назвать королем секса. Он много говорит, но на самом деле куда более избирателен, чем хочет казаться. Мне с трудом верится, что у него было столько девушек, сколько он говорит.
– О, ну конечно, нет, – доносится из шкафа приглушенный голос Саммер. – Сердцеед из него еще тот!
– Он хоккеист, – отвечаю я. – Хоккеистам и не нужно особо напрягаться. Фанатки всегда рады их видеть.
– Так, ребята, что вы думаете об этом?
Саммер появляется в белом платье без бретелек с бахромой на юбке.
– Милое, – говорит ее бойфренд.
– Какое-то слишком невинное.