Автор
В жутковато-зловещей исповедальне дышало удушающей духотой, как будто сам ад пришел в деревенский храм. Комната была тесной и заколоченной, ее стенами осыпалась пыль за десятки лет использования. Отец Томас Мэдден изрек благодарение небесам, зная, что это еще не самое страшное — лишь предвестие того кошмарного места, в котором они оказались....
Она обхватила Ника за шею и, притянув к себе его голову, припала к губам в пылком поцелуе.
– Только не останавливайся, – прошептала она. Ник снова ворвался в нее. Лорен подняла бедра, пытаясь вобрать его как можно глубже в теплое влажное тепло. Ей хотелось быть смелой, раскованной в сотканной им паутине страсти.
Теперь уже не было и речи о том, чтобы замедлить ритм. Оба самозабвенно стремились к разрядке.
Она первая забилась в конвульсиях и опять тихо заплакала, от счастья и любви к этому человеку. Ник ощутил, как она трепещет в его объятиях, стискивая его потаенными мышцами, словно обволакивая, и с торжествующим воплем дал себе волю.
Он оставался в ней целую вечность, а когда все-таки оторвался, лег на бок и обнял ее, она доверчиво прижалась к нему, играя завитками волос на груди.
Потрясенная, Лорен не могла говорить. Да что там говорить – думать! В голове ни единой связной мысли! И когда наконец сумела дышать свободно, приподнялась на локте и заглянула Нику в лицо. В его глазах все еще таились отголоски пронесшегося урагана. Лорен улыбнулась и потерлась об него, как сытая кошка. Так приятно чувствовать рядом его мускулистое тело. Волоски на его ногах щекотали ее пальцы, и это тоже было чудесно.
Она любит Ника. Теперь и навсегда. И ничего тут не поделаешь.
Но лицо его снова исказилось беспокойством, и она попыталась придумать, как отогнать неминуемые угрызения совести и ненужные сожаления.
Она поцеловала Ника долгим нежным поцелуем и улыбнулась:
– Знаешь, о чем я думаю?
– О чем? – зевнул он, слишком уставший и довольный, чтобы шевельнуться.
– Не мешало бы мне еще потренироваться. Ник шутливо застонал, но тут же засмеялся.
– Если ты еще отточишь свое мастерство, мне просто не выжить.
– Тебе тоже понравилось?
– И ты еще спрашиваешь?
Она обвела пальчиком бугрившийся бицепс, заметила старый побледневший шрам и наклонилась, чтобы его поцеловать.
– Откуда это у тебя?
– Футбол.
– А это? – продолжала допытываться Лорен, касаясь едва заметного рубца на бедре. – Пуля?
– Футбол, – повторил Ник.
Лорен недоверчиво покачала головой.
– Честное слово, – заверил он. – На поле всякое бывает.
