Автор
Очами оченилась на лекции кандидатскую писала, пока ты где-то потерялся. Теперь ты заявляешь мне, что нам нужно расстаться. Сидящий напротив меня Леша даже не поморщился — его лицо было выжигаемо вселенской скукой. Он издевательски ухмыльнулся: "Я не виноват, что ты оказалась такой непроходимой дурочкой. Смотреть хорошенько надо было, с кем встречаешься!" — и подался чуть вперед....
Не ожидала, что таких рослые мужчины явно старше меня могут повести себя так гадко. Сейчас, когда страх схлынул, я отчетливо понимала, что в аудитории было семеро взрослых воинов и один сорвавшийся с катушек декан. И не уткнись я вовремя в ноги одному из них, никто бы не шелохнулся. Не верилось в то, что кто-то бы кинулся на моё спасение. Нет, они бы так и стояли наблюдая.
Поняв это, я резко отошла от мужчин в сторону ректора. Обернувшись, заглянула в лицо тому единственному, кто хоть слово в мою защиту сказал и прикрыл спиной.
— Вы сделали неверный вывод, профессор, — четко отчеканил он.
Я не ответила, лишь покачала головой.
— Уважаемая моя, — воспользовавшись тем, что я, наконец, покинула свое убежище, ректор подскочил ко мне вплотную и ухватился за руку, — вы слишком близко к сердцу восприняли бездействие студентов. Это наш выпускной курс, всего семь учащихся. По одному на группу. Храмовники хотели сначала на себе проверить чему мы можем научить, а потом дать добро на открытие академии.
Хмыкнув про себя, оценила все трудности данного ВУЗа. Курс, состоящий из семи учащихся, которые поступили только, чтобы инспектировать работу. Вот это прессинг для учителей.
— А остальные курсы. Ваши студенты все такие? — поинтересовалась я, исподтишка осматривая остальных молодых храмовников.
— Остальные, профессор Холодова, простые граждане империи, достигшие двадцатилетнего возраста. В большинстве своем дети из бедных семей, наделенные достаточно сильным уровнем магии, — дедок довел меня до автомобиля и добавил. — А вам, простите, сколько годков исполнилось?
— Двадцать восемь, — честно призналась я.
А чего скрывать, я гордилась тем, что в таком возрасте смогла написать кандидатскую и успешно защитить.
— Девочка совсем, — сокрушенно запричитал проректор, подпирающий дверь, — чего же у вас постарше не нашлось?
Пожав плечами, я потянулась за своей сумочкой, лежащей почему-то у задней двери и, подняв ее, привычно повесила ее на плечо. Когда только ее вытащить успели. Осмотревшись, аккуратно отобрала у ректора свой паспорт и дипломы. И все это спрятала в сумку, закрыв ее на молнию.
