Вы знаете, что это за кинжал?
Еще бы не знать — кинжал-перевертыш, кинжал-искуситель, кинжал-убийца!
— Понятия не имею, — осторожно сказала я. Дементий посмотрел на меня сквозь лупу:
— Это ваджра. Основа большей части холодного оружия. Ваджра на санскрите означает «алмаз».
— Как? — Я вздрогнула.
— Алмаз. Сила и нерушимость учения Будды. Ваджра — единственный путь избавления от злых сил и соблазнов. Символ мужского начала.
Хорошо, что со мной не было Монтесумы, иначе это мужское начало вылетело бы в окно. И хозяин квартиры — следом. Да и Будда явно просчитался со злыми силами и соблазнами. Я была склонна думать, что этот кинжал — скопище пороков, которое присоединяет к себе только новые дурные наклонности.
Пока я предавалась этим невеселым мыслям, Дементий протянул мне лупу и легонько подтолкнул к кинжалу.
— Вот, смотрите. Лепестки, украшающие рукоять, — цветки лотоса. Лотос в индуизме — символ божественного и бессмертного начала в человеке… — Он сглотнул слю-иу. — — Грубо говоря — синоним совершенства… Видите, лезвие как будто вырастает из лепестков лотоса… Видите?
— Ну-у… Да. А этот тип? С губами?
Этот тип, подменивший собой благословенный кусок камня, интересовал меня больше всего.
— Это бог Ваджрапани. «Рука, держащая ваджру». Он охраняет моление Будды и призван уничтожать заблуждение и тупость.
В том, что кинжал «призван уничтожать», у меня уже была возможность убедиться. И не одна.
— Откуда у вас эта вещь? — неожиданно спросил Дементий.
Я опустила лупу и пригорюнилась. То, что он достался мне не по наследству от полковника колониальных войск сэра Генри Уолинга, — и ежу понятно.
— Это подарок… От одного близкого мне человека.
— Царский подарок… Это очень редкая вещь. Очень редкая. Ритуальная ваджра, да к тому же в почти идеальном состоянии… Ее кто-то реставрировал?
— Уолинг упоминает о нескольких видах ритуальных ваджр, но ваш нож выглядит просто копией описываемого кинжала. Просто копией. Или…
Я посмотрела на собравшийся в складки лоб Дементия, и мурашки поползли у меня по спине.
— Или это и есть тот самый кинжал… Тот самый. Как вас зовут, девушка?!
От страшного напряжения я даже на секунду забыла, как меня зовут.
— А-а, да… Варвара. Варя. А что там еще написано, в этой вашей книге?
Он чуть ли не носом ткнул меня в истончившиеся от времени страницы. Дохлый номер — английский пугал меня не меньше, чем китайская грамота. А некоторые выражения, которые мне все же удалось заучить, носили весьма специфический характер.
— С этим текстом мне не справиться, — честно призналась я.
— Здесь кое-что о ритуальном оружии вообще.