Приглушенный свет, циновки, маленькие деревца в глиняных кадках, журчание фонтана — в зале для медитаций не изменилось ничего, сомневаюсь, что хоть кто-то заходил сюда после нашего последнего занятия. Самое бесполезное помещение во всем доме.
Я разулась — обещали морозы, и артефакты тепла выставили на максимум, стало жарко. Пирамидку, приготовленную заранее, я вытащила из внутреннего кармана домашнего ханьфу и перебросила аларийцу.
— Что это? — Ликас крутанул артефакт между пальцами.
— Доверие, в концентрированных дозах, — я присела напротив, расправив юбки вокруг. — То, что было в храме.
— Как я должен это использовать? Мы не можем включить ни один из ваших артефактов, если они запитаны силой напрямую… ваше доверие мне недоступно.
— Это уже не имеет значения, — Ликас потер большим пальцем грани пирамидки и отставил ее в сторону. Хорошо, хоть не выкинул, я видела, какой задумчивый взгляд Наставник бросил на корзину для мусора. — Всё — потом. Ты рвалась в круг? Будем заниматься.
— Мне разрешили доступ? — я удивилась. Вот так просто без торгов и условий, старые хрычи взяли и передумали? Они коллективно обкурились какой-нибудь травы, греясь у зимних костров? Небо упало на землю?
— Будем считать что да, только сегодня, — Ликас криво усмехнулся.
— Три зимы? — ровно столько я просила времени во временном кармане.
— Одна, — веско произнес он.
Наставник закрепил на дощечке ровно двенадцать палочек, подумал, подержав в руках ещё две, и выставил ещё. Когда перегорит первая, тут же загорится вторая, потом третья и так далее, пока не истают все. Четырнадцать палочек по десять мгновений — и это год, целый год тренировок! Я повеселела и для разнообразия решила заткнуться.
Все вопросы — подождут, у меня будет целый год в круге, чтобы выпытать у Ликаса всё, что я хочу знать.
Первая палочка вспыхнула и затлела, роняя серебристый пепел на дощечку, пряный дым поплыл в воздухе. Наставник сел напротив, развернул мои ладони и потянул на себя, соединив руки, если кто-то зайдет — решат, что у нас занятие по медитации, и просто мы ушли в транс глубоко-глубоко. Наставник и Ученица.
С закрытыми глазами я представила перед собой образ Ликаса, почему то раздетого, с разбитым носом и синяком во всю спину, намазанного зеленой жижей, каким видела его в домике Марты. Сегодня концентрацию было удерживать сложно, как будто что-то мешало, как будто плывешь против течения, как будто Наставник упорно тащит меня, преодолевая это непонятное сопротивление…
…картинка завертелась перед глазами, пахнуло знойным степным разнотравьем, и меня затянуло в круг.
Глава 139. Бабочка в янтаре
Все барьеры у нас в голове. Думаем, что мы можем, или думаем, что не можем — мы правы во всех случаях. Ликас сказал, что я — невозможна.