Геб вздрогнул и посмотрел на меня с ужасом — поверил.
— И плетения, которые я использовала на сире Му не самые страшные…
Лидс шумно выдохнул, качнул вихрастой головой и тоскливо облизнулся, глядя на стол, ломившийся от закусок.
— Поешь дома. Закончим и ты свободен — повидаешься с Гектором и домой.
— Да. Вайю…, — Лидс опять успел что-то сунуть в рот и уже жевал, — Брата нет, в Хадж перебросили три дивизии Шестнадцатого прямо с утра, он ушел порталом.
— Не разговаривай с набитым ртом, — поправила я его машинально. — Насчет переброски — это точно?
— Ровно три, — кивнул Лидс, с удовольствием облизав кончики пальцев.
— Хорошо… отдай сиру Хэсау, — я посмотрела, как трое девиц окружили Дандалиона и по всем правилам наступления перекрыли ему пути отхода. — Поторопись.
— Я понял! Уже бегу!
В руки мальчишке я всучила тарелку. На десерт брату — большой кусок черничного пирога — единственное из сладкого ресторации, что Данд стал бы есть.
Марша вниз не спускалась, наблюдая за происходящим сверху. Слуги принесли пару кресел и поставили у перил маленький столик, и початую бутылку вина.
— Мирийское? — я хмыкнула, рассмотрев печать на пузатой бутыли. Одноклассникам таких изысков не подавали — никакого алкоголя. Марша устроилась с большим комфортом.
— Не стоило уделять внимание Му…
— Фейу, — я вздохнула. — Тир уже прошипел мне на ушко всё, что он думает. Не стоит повторяться, — парировала я язвительно. — Просто наслаждайся музыкой, мирийским…
— Леди…, — Костас, взъерошенный и возбужденный, с блестящими одухотворенными глазами, приветствовал нас. К щуплой груди он прижимал закрытую тушницу, кисти и свиток. У меня зарябило в глазах — сегодня к форме он одел ярко малиновый шелковый шарфик. Женский, я готова на это поставить. И желтую, сияющую янтарем и золотом, брошь.
— Сир Костас, — Марша вальяжно потянулась, одним плавным движением встала из кресла, перегородив дорогу цыпленку.
— Леди Фейу, леди Блау, — Костас немного заикался.
— Почему вы не внизу?
— Марша! — я одернула Фейу, но та уже вышла на охоту — нагло вытащила из рук цыпленка свиток и развернула. Когда она начала читать, её брови поползли вверх, Костас начал розоветь от смущения, и стал совсем красным, когда она начала смеяться.
А смеялась Фейу до слез.
— Ваше творчество восхитительно, — похвалила она наконец.
— Идея не моя, — повинился Костас, поправив шарфик, но было видно, что оценка ему польстила. — Наследник дал задание придумать короткий стих, чтобы было весело и хорошо запоминалось…
— Наследник? Аха-ха-ха-ха…, — Марша снова развернула свиток и залилась смехом. — Но почему мистеры? Почему не сиры? Мистер Чмок-Чмок, Мистер Пук-Пук, Мистер…. Аха-ха-ха….