В зеркально отраженном мире бесконечной любви и жестокого уничижения, каждый шаг героини привлекает новой непредсказуемостью. Вместе с парнем-эндмейсером она раскрывает свои тайны и уязвимости, но не все получается так гладко, как она надеется.
С Эйнаром Рид поступил не так мягко, как с матерью. Того он швырнул на холодный каменный пол, переступил, а вскоре вернулся со стулом. Схватил того и с легкостью усадил, потом привязал к спинке веревкой. Эйнар мотал головой и стонал, один глаз заплыл и тот лишь мог судорожно им моргать. Он попробовал на прочность веревки, но глупо было думать, что узлы, связанные командором, можно ослабить. Потому вскоре сдался и перестал дергаться.
— Ты мне объяснишь, кто это с тобой? — закричала Хали, ведь до этого все ее вопросы улетали в никуда, ее словно никто не слышал.
— Ты еще не догадалась? — ответил вопросом на вопрос Рид.
— Эйнар! Что ты молчишь? Что ты там нес? Ты все понял, да? — в истерике кричала драконица, до конца не веря, что это все с ними делает ее собственный сын, ради будущего которого она сделала так много. Рид лишь перевел взгляд на мужа своей сестры, а потом снова на мать.
— Я не знал, что Айрис была беременна, — лишь произнес Эйнар, глядя одним глазом на Рида.
— Надеюсь, ты не думаешь, что это оправдывает тебя.
— Нет.
— И не только ты.
— Что? Отпусти меня! Я немедленно позвоню твоему отцу!
— Успокойся, мама. Думать нужно было раньше.
— Ты ради этой девки хочешь уничтожить нашу семью? Я столько сделала!
— Вот именно ты сделала столько всего, что это все не укладывается в голове. Как ты могла? — покачала головой командор, лишь на краткий миг сжал переносицу пальцами и решительно посмотрел на пару предателей.
— Так и быть, можешь оставить рядом с собой этого… — кивнула Хали в сторону Алекса.
— Ты опять ничего не поняла, — практически утвердительно произнес Рид. Мать было не исправить, но главное даже раскаяния не было. Она продолжала гнуть свою линию.
— А что я должна понять?
— Например, то что Айрис была моей парой, а ты решила избавиться от нее.
— У тебя уже есть семья. Так это она снова объявилась на твоем пути. Вот ведь живучая дрянь, — снова стояла на своем Хали.
