Марияна стойко держит свой живот в офисе, где она не просто беременная, но и вынуждена скрывать это. Владелец компании напротив, красивый и богатый мужчина, интересуется ее планами — не исключительно финансовым потенциалом. А она остается непреклонной в своем решении родить для его сына. Умная атмосфера игры слов и противостояния нарастает....
Горский тяжело дышит в трубку. Ох, еще его взбаламутила!
- Марь, если станет невмоготу, сразу звони. И я приеду.
Сижу и как дура улыбаюсь. Щеки тянет от высохших слез и другой жидкости.
- Приехать сейчас?
- Нет! – спохватываюсь. – Спасибо, но занимайся работой спокойно. Обещаю больше не мотать сопли на кулак.
Смеемся оба.
- Вот так лучше! – хвалит меня Саша. – Я на связи, пока.
- Пока.
Умываюсь и реально стараюсь успокоиться. Потому что дочка тоже начинает кукситься, отказываться от груди. Ей передаются мои нервы.
А утром медсестры приносят мне новость, от которой всё вибрирует внутри. Наш папа приезжал около одиннадцати, мы как раз спали. Даже тихонько заходил в палату. Да, в этой клинике сервис и посещения круглосуточно. Но шокирует меня, конечно, далеко не это. Насколько Горского пробрали мои слезы…
Но не видимся мы после еще пару дней. Я больше не реву в трубку, беру себя в руки. Верчу в голове варианты, как лучше поступить, но к одному мнению не прихожу.
Рада за него, хотя немного… скучаю? Или просто дни в клинике похожи один на другой. Впрочем, день сурка ждет меня еще много месяцев. Чувствую себя пока еще хреново, время от времени накатывает плаксивость. И когда начинаю ощущать себя совсем унылой субстанцией, объявляется Горский.
Звонит за двадцать минут, но я успеваю только ополоснуть и переодеть его дочь, которая, видимо, обрадовалась встрече с папой.
- Привет, как ваши дела?
Саша уже здесь и идет мыть руки. Я пытаюсь собрать волосы на затылке в пучок.
- Все хорошо.
- Какие вы молодцы!
Горский как обычно пышет энергией. На нем темные штаны узкого кроя, клетчатая рубашка, подчеркивающая мощь плеч. У них в компании нет дресс-кода, но простая одежда сидит на моем «незнакомце» божественно. Густая шевелюра, блеск глаз. Мне хочется смотреть на него и смотреть.
Боже, посмотри лучше на себя, Марья! От каждого движения то ломит спину, то отдает в груди. Про интим лучше пока и не вспоминать, о внешнем виде не думать. Ладно, остаётся смириться и пообщаться с отцом своего ребенка.
Горский в приподнятом настроении, выходит из ванной и сразу шагает к дочери. Широко улыбается.
- Ну, как ты тут, дочь, не даешь скучать персоналу? – мужчина дарит дочурке мягкий взгляд и поворачивается ко мне.
