И лишь миг назад ты исчезаешь из поля зрения окружающих, словно вымерший вид – и вот тебе жизнь вновь, но какая-то невообразимая сила заставляет тебя воскреснуть. Новыми ощущениями и мыслями, несмотря на потерю многих способностей.
Дядя сообщил, что моё заявление о разводе было рассмотрено, и для его подписания в одностороннем порядке нужно только личное присутствие. Я собирался вернуться, Серж как раз смотрел билеты на конец недели, как ему сообщили, что ты попала в аварию. Мне понадобилось шестьдесят восемь часов, чтобы добраться до тебя. Через три пересадки. Думал, что сойду с ума, пока доеду. Ты и ребёнок всё это время были в реанимации. К тебе меня не пустили, а вот малыша показали. Это были самые кошмарные три дня. Вчера тебя перевели в палату.
– С Ромкой?
– Я не знал, как его называть, поэтому решил, что пусть пока будет Ромка. Мне объяснили, как кормить его из бутылочки. – Лёша взъерошил свои волосы. – И всё остальное. Но он только ест и спит. Если не считать небольшой вес и рост, то всё хорошо. Сказали, что как только тебе станет лучше, и Ромка наберёт нужную массу, вас выпишут. Но ты не просыпалась. Я несколько раз звал медсестёр, чтобы они проверили, что с тобой всё в порядке.
Не стала говорить, что просыпаться я не хотела. Совсем. Посмотрела на бирочку: два шестьсот и сорок восемь сантиметров. Совсем кроха, но для своего срока – настоящий богатырь. Накрыла рукой самые дорогие цифры.
– И что теперь будет?
– Вас выпишут, и мы поедем домой.
Так просто. Но большего мне и не надо.
В палату привозят мой завтрак. Пока немолодая женщина выставляет на прикроватную тумбу тарелку с кашей, чай, молоко, хлеб с маслом, я не отрываю взгляда от Лёши. Тихонько щипаю себя за руку, чтобы удостовериться, что я не сплю.
– Лёша, это ведь платная палата, – произношу, когда мы остаёмся одни. – Это, наверное, дорого…
– Не дороже моего массажа, за который ты заплатила и ничего никому не сказала, – звучит в ответ.
Он подаёт мне тарелку с овсяной кашей.
– А ты?
– Я уже позавтракал. Чай, кстати, у меня есть. А вот местная каша… Мне кажется, что даже Вальтер такую есть бы не стал.
Глава 32
Нас выписали через неделю. Лёша всё это время ни на минуту не отходил ни от меня, ни от Ромы.
Роман Алексеевич.
На следующий день после выписки из больницы, к нам приехал Дэвис, заранее предупредив о своём приходе. Откладывать незаконченное не в его правилах. По сути, свой отчёт он уже сделал, но Йен считал своим долгом поставить в известность и Алексея.
Честно говоря, я испытываю некоторую неловкость от того, что в своё время не доверяла детективу.
