В душе девушки кипело противоречие: желание спасти свою жизнь и боязнь отчима, взявшегося за нее с головой. Рогатый папа наводил сумасшедший ужас на весь родной дом, но дочь не могла себе этого позволить — слишком много было связей. Книга рассказывает о противостоянии двух тяготящихся жизней: девушки и старшего сына отца, который пытается защитить свою собственную семью....
Почему он вообще теряет время на этого блаженного идиота, когда нужно вытрясти у Руслана, что ему удалось получить из той злополучной записи камеры наблюдения в клубе?
– И что ты будешь делать с ребёнком? Тебе мало того, что ты испортил мою жизнь?
– У тебя ж будут двое. Отдашь мне девочку, и я буду холить и лелеять милую внучку всю свою оставшуюся жизнь.
На самом деле Герман вполне себе представлял, что может произойти.
Фавны питаются чужими талантами, а талантов всегда мало. Человек легко может выгореть, впасть в депрессию и стать бесполезным, пресным.
Человеческие женщины иногда рожают от таких, как они. В основном, мальчиков. Редко, но это случается. Так, например, мать Германа была обычным человеком.
Если бы он родился девочкой – было бы куда проще. Он был бы нимфой и только отдавал, а не брал чужое. Но он родился собой, и с малых лет отец ввел строгую дисциплину, потому что дети примерно лет до пяти не слишком хорошо контролируют свои способности и не нуждаются в подпитке извне.
Его отец все детство и юность питался его энергией, заставляя учиться, лишая общения со сверстниками, запрещая игры. Только бы дражайший отпрыск не нахлебался где-нибудь чужого таланта, испортив вкус своего и сделав его негодным для насыщения.
Если маленького фавна не подпускать к другим, то мальчик очень долго будет практически как нимфа.
– Ты понимаешь, что я ужасно близок к тому, чтобы свернуть тебе шею?
– Нет.
– Это еще почему?
Он не успел договорить – раздался телефонный звонок. Снова неизвестный номер.
Пока Герман подносил трубку к уху, Игнат подозрительно улыбался, причем такой улыбкой, какая бывает только у умалишенных идиотов.
– Слушаю.
– Герман Игнатьевич? – голос был высоким, сразу и не понять, мужчине или женщине он принадлежит.
– Да, слушаю, это кто?
– Это ваш сосед.
– Что… – горло моментально пересохло, – что случилось?
Герман бросил быстрый взгляд на отца. Тот гаденько ухмылялся, явно уже зная, о чем идет речь."
"– Понятия не имею, если честно. Во всем квартале свет отключился. Я звонил – сказали, короткое замыкание. Шлагбаум долго не могли открыть.
