Врач Аркадий Егорович в своей клинике внезапно выдает печальный диагноз одному из пациентов – Артему, который страдает от деградации зрения. Однако его тихий голос неожиданно вызывает надежду: ухудшений нет и есть шанс на улучшение. Но что ждет Артема дальше? Врач открывает тайны своей клиники в этой истории, где любовь и сомнения взращивают непредсказуемую атмосферу надежды и тревоги....
Паром медленно выплыл из тумана, который стоял над водой. Не торопясь, медленно, словно огромный океанский корабль, а не плоскодонный паром, он приблизился к пристани.
— И они здесь, — удивился Аринэль, разглядев в числе прибывающих рослые фигуры двух знакомых орчанок.
Острый взгляд лучника уже позволял ему разглядеть детали.
— Что, брат мой, — усмехнулась Саманта. — Неожиданность? И как, приятная или наоборот?
— А почему мне должно быть неприятно? — слегка удивился Аринэль, посмотрев на сестру и подняв бровь.
— Ну как, братик! — притворно огорчилась Анти. — Теперь мы не сможем делить ложе!
— Вот и хорошо, — буркнул парень. — А то ты уже совсем стыд потеряла.
— Грубиян, — фыркнула Саманта. — Девушка к тебе со всей душой, а ты…
Анти вытерла несуществующие слезы.
— Ты моя сестра, а не девушка, — заметил Аринэль.
— А вот за это, братик, я ведь и отомстить могу! — сузила глаза Саманта.
— Ты можешь, — согласился парень. — За это я тебя и люблю.
Девушка чертыхнулась.
— Вот как ты можешь говорить такие вещи, с таким спокойным лицом!? — воскликнула Саманта.
— Ну, а что в этом волнительного? — приподнял бровь Аринэль. — Это же, правда.
— Почему-то меня это бесит, — надулась Анти. — Радует и бесит. Одновременно.
Паром подошел уже совсем близко и стало видно пассажиров. Мама Мара, в такой практически мужской дорожной одежде (очередной средневековый шаблон в топку). Борта парома, а точнее фальшборта были не цельные, а больше походили на перила. Поэтому всех было прекрасно видно.
За старшей мамой стояли сестренки.
