В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз....
- Бояться нечего, - заверил он. – Колдовством меня не проймёшь, а захочет убить ядом, кинжалом или пистолетом – тут-то мы его и повяжем, голубчика.
- Да, ты прав, - я закрыла глаза, подставляя губы для поцелуя, но обмануть Гилберта не смогла.
- Это не то, - произнёс он, лаская моё лицо. – Есть ещё что-то. Не скрывай, Роксана. Я хочу, чтобы между нами не было секретов. Скажи, что у тебя на душе.
- Хорошо, - я прямо посмотрела на него. – В чём чучельник был прав, так это в том, что всё проходит. И моя красота – она тоже не вечна.
Он рассмеялся, и я с удивлением услышала этот новый смех - весёлый, задорный, искренний, так не похожий на смех придворного, который и смеётся - словно играет в спектакле.
- Не бойся, милая, - произнёс муж, играя моими распущенными волосами, - мы напьёмся этой радости вдосталь, и будем радоваться, пока не надоест.
Я хотела ответить, но он приложил указательный палец к моим губам, и закончил:
- Красота Роковой Роксаны – это, конечно, приз, который мечтают выиграть многие. Но я хочу не только Роковую Роксану, но и господина Ронбери в придачу. Простите, леди Бранчефорте, но будь вы хоть трижды красотка, боюсь, без господина Проныры я бы быстро затосковал.
- Проверено на опыте? – спросила я из-под его пальца. – Ещё скажи, что все прекрасные леди на портретах в твоей галерее не обладали умом и чувством юмора!
- Были умные, были забавные, - признал он с усмешкой, - но всё не то. И только в Солимаре я развлёкся по полной. Хотя, иногда у меня руки чесались кое-кого отошлёпать от души.
