Автор
В историю о Закоренелехом холостяках и Мистере Бриджертона вступают модницы-мамаш. Они разыскивают роскошные платья для скорейшего замужества, забывая о том, что их сын мечтает найти свою половинку в мире книг и музыки. Мистер Бриджертон и Закоренелые холостяки создают необыкновенно уютное место для встреч, где каждый знает тайны другого — будь то слухи о романтической связи или тщательно скрываемая страсть....
Пока Колин не предположил: - Сорок две?
Она его даже не удостоила хмурого взгляда.
– Я заявляю всем, здесь и сейчас…
Все придвинулись к ней. Даже Колин. Было невозможно не поддаться драматичности момента.
– Я всех вас беру в свидетели…
Колину показалось, будто Пенелопа пробормотала: - Ну, же.
– Одна тысяча фунтов, - сказала леди Данбери.
Толпа, окружавшая ее, росла прямо на глазах.
– Одна тысяча фунтов, - повторила она, голос ее становился все громче.
Она, словно, играла на сцене.
– Одна тысяча фунтов…
– Казалось, что весь зал замолк, и почтительно слушает ее.
– …тому человеку, который разоблачит леди Уислдаун!
Глава 3"
"Ваш автор будет слишком небрежен, если не упомянет о больше всего обсуждаемом моменте, произошедшем на вчерашнем праздновании день рождения леди Бриджертон. Это не было подъемом бокалов в честь леди Бриджертон (с упоминанием ее возраста), а всего лишь дерзкое и не относящееся к делу заявлении леди Данбери, которая предложила тысячу фунтов тому, кто разоблачит… меня.
А не будет ли вам хуже от этого, леди и джентльмены высшего света? Вы, наоборот, не должны были просить открывать эту тайну.
Светская хроника Леди Уислдаун,12 апреля 1824Потребовалось не более трех минут, чтобы возмутительное заявление леди Данбери облетело все уголки танцевального зала. Пенелопа точно это знала, потому что, когда это произошло, она стояла лицом к большим (и по утверждению Кэйт Бриджертон, чрезвычайно точным) напольным часам, когда леди Данбери сделала свое заявление.
Уж если Найджел Бербрук это услышал, значит, это услышал каждый, потому что шурин Пенелопы был известен своим интеллектом, своим долгими паузами во время разговора, и своей способностью слушать.
И, усмехнувшись, подумала Пенелопа, своим словарным запасом. Действительно, ‘улетная’.
– Кто же, по-вашему, леди Уислдаун? - спросила леди Данбери у Найджела.
– Не имею, ни малейшей идеи, - признался он, - Все, что я знаю, так это точно не я.
– Я думаю, мы все это тоже знаем, - сказала леди Данбери.
– Как ты думаешь, кто это? - спросила Пенелопа у Колина.
– Я чересчур часто отсутствовал в Англии, что бы мог предположить, кто это.
