Алиса наслаждается теплым летним днем, полным шума и жара. Но даже в этом хаосе есть что-то умиротворяющее — прохладный ветер, который нежно шевелит листьями за окном ее любимой машины. Мечтая о белом песке и солнце, она чувствует, как сердце начинает биться быстрее от предвкушения каникул, приправленных надеждой на свежесть и новизну....
По словам специалиста Артёма, каркас кресла был специально изменен, чтобы добавить туда эту дополнительную деталь, но внешний вид от нововведения не пострадал. Искать дальше не стали. Возможно, есть ещё где-нибудь тайники.
На повестке вечера встал глобальный вопрос. А что делать с этой находкой дальше?! Вызывать полицию, Интерпол и прочих или разбираться самим. Ещё, как вариант, можно положить всё на место и дать наводку этим же организациям. Так надо ещё искать доказательства, что лично глава компании не получал процент за эти переправы.
– А что будете делать с теми шавками, что мечтают попортить ваши шкурки? – обводя взглядом нашу поисковую бригаду, спросил Демидов.
Точно! Этот вопрос беспокоил меня больше всего! Уж очень не хотелось, чтобы мужчины стали жертвами каких-то дебилов.
Озвучила свои мысли вслух, на что Демидов «почти» успокоил своим ответом.
– Ну, около суток, а то и двое у нас в запасе есть. Мудилы просили о просьбе с отсрочкой, якобы они дадут отмашку, когда начать свои «запугашки».
Остальные, соглашаясь, покивали. Насчёт этих методик планомерного запугивания я тоже была немного в курсе, так сказать, из собственного опыта. Уже больше месяца мне подкидывают письма в клуб с пожеланиями о том, что пора мне свернуть работу и похоронить свою мечту об открытии данного заведения.
После долгих размышлений Савельев, как лицо самое пострадавшее из всех, принял решение.
– У меня в полиции есть парочка неплохих знакомых. Сейчас свяжусь с ними и обрисую в общих чертах всю картину.
– Если что, то я могу и свои связи ещё подключить, – подал голос Демидов.
Ромашка нахмурился, явно не желая принимать помощь от малознакомого ему человека. Я, стоявшая рядом, чуть сильнее сжала его руку. Снобик мою дражайшую лапку практически не отпускал в течение всего этого времени.
