Они были знакомы уже несколько дней, начиная с той памятной вечеринки, которая, начавшись так весело, закончилась весьма тривиально (Рита, выспавшись, под утро ушла, даже не вспомнив, как она оказалась в чужой постели; Дмитрий же с Лолитой остались жить в квартире Бахраха, фактически и практически приняв наследство покойного Михаила Семеновича). Алексей Данилович оказался на редкость приятным собеседником, умным и чутким, ловящим каждое сказанное слово, а потому Шубину было легко и просто говорить с ним на интересующие его темы, главной из которых был, конечно же, покойный сосед. Поэтому, едва услышав от Шубина, что в день смерти Михаила Семеновича на лестнице кто-то видел человека с родимым пятном на щеке, Алексей Данилович сразу понял, что кто-то из близких Бахраху людей, знакомых с его «меченым» соседом, попытался с помощью неизвестного средства превратиться на нужное ему время в этого самого соседа, по сути, подставляя его таким образом.
– Но зачем было кому-то становиться похожим на вас? – удивился Шубин. – А что, если бы вы оба – с родимыми пятнами – встретились на этой самой лестнице?
– Вероятно, этому человеку было глубоко наплевать, встретит ли он меня на лестнице или нет. Для него главное заключалось в том, чтобы любой посторонний в случае, если его спросят, кого он видел в тот день на лестнице, описал именно человека с родимым пятном на щеке. Другое дело, что ему повезло… В каком смысле? Я несколько дней – включая и день смерти Миши – жил на даче, то есть меня не было в городе. И у меня есть свидетели. Несколько человек, живущих на соседних дачах, могут это подтвердить. Мы проводили там воду, скандалили с землекопами и председателем садоводческого товарищества…
– Но зачем приходил этот человек к Бахраху? Наверняка не в гости, раз подготовился так тщательно и так изуродовал себя… Извините, конечно…
– Да ничего, я уже привык. Судя по тому, что вы мне рассказали, этого человека видели уже после смерти Миши. Получается, что он хотел проникнуть в его дом, быть может, для того, чтобы что-то взять, украсть… Или этот человек, еще не зная о смерти Миши, шел к нему просто с визитом, но не хотел, чтобы его кто-то видел, вернее – узнал.
– Вы хотите сказать, что этого человека никто не должен был узнать?
Этот разговор происходил между Алексеем Даниловичем и Шубиным ночью, после вечеринки, но имел свое продолжение на сутки позже, когда Игорь узнал от Земцовой о побеге Ноденя.
