В остроумной исторической реконструкции Первой мировой войны, где смелый Ротмистр Максим заблудился во времени и очутился на полях битв 1914 года. Наступление врагов рушит все планы, но он становится командиром, который должен спасти отступающий полк. Вокруг него летят снаряды, и он не просто живет до конца боя, но и дает импульс новой обороне....
А то войска в город станут подходить, что нам не нужно совершенно.
– Кого берем в плен?
– Только Эриха фон Фалькенхайма и Вальтера Николаи. Все остальные, полагаю, не нужны. За них много лучше скажет бумага.
– И не говорите, – вздохнув, ответил Лев Евгеньевич. – Никогда бы не подумал, что Великий князь Николай Николаевич замешан в таких делах.
– И не только он, мой друг. Не только он. Я думаю, что немцы предупредят кого нужно о том, что мы везем очень опасные документы. Для них опасные. Мда. Вляпались мы по самые уши.
– Да уж… – сокрушенно покачал головой Хоботов.
А потом, подпалив здание Генштаба, Максим отправился дальше хулиганить. Поглядывая на часы. Без этого никак. Ибо хоть немцы и отправили практически все боеспособные части столичного гарнизона его ловить под Франкфурт-на-Одере, но задерживаться сильно не стоило. Власти города рано или поздно очнутся и начнут попытки организовать сопротивление. Это сейчас они, пока еще, либо ничего не знают, либо паникуют, не владея сведениями об объеме вошедших войск.
Городскую комендатуру Берлина также не минула чаша внимания «безумного гусара». Практически сразу по взятии Генерального штаба Максим подозвал Чапаева и поставил ему боевую задачу:
– Мы тут, – ткнул он пальцем на карту, – комендатура тут. Так что бери свой взвод и езжай туда. Штурмовать не надо. Это лишнее. Подойдете. Пошумите. Повалите все подходящие телефонные столбы. Просто пушкой с бронеавтомобиля на малой дистанции шарашьте.
– Понятно, – кивнул Василий Иванович и пересказал приказ.
– Потом комендатуру покошмарьте немного. Постреляйте по окнам там. Ну, не знаю. Киньте в окна бутылок…
– Что кинуть? – удивился Чапаев.
– Берете бутылку, наливаете туда бензин, затыкаете тряпицей, поджигаете и кидаете так, чтобы бутылка там, внутри, разбилась. Но так поступайте только, как будете уходить. Поначалу не надо.
Чапаев усмехнулся. Такой довод его позабавил. А потом спросил:
– И долго нам там сидеть?
– Посматривайте в сторону Генштаба. Как увидите дым – уходите. Встреча – вот сюда. Там большая площадь. Не промахнетесь. Общий сбор я продублирую красными ракетами.
– Все ясно?
– Все, – кивнул Чапаев. – Как увидим дым или красные ракеты, так и отходить.
– Отлично. И главное – не геройствовать! Хрен с ними с немцами. Вы мне нужны живыми.
