Боевой офицер попадает в прошлое, в эпоху начала Первой мировой войны. Ему предстоит использовать свои знания и опыт, чтобы изменить ход истории. Срывая врагов планы, герой получает награды и звания, но каждая победа даётся ценой новых ранений и испытаний в смертельно опасной игре войны.
Раздел Chitat.online для книги «Ротмистр Империи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Боевой офицер попадает в прошлое, в эпоху начала Первой мировой войны. Ему предстоит использовать свои знания и опыт, чтобы изменить ход истории. Срывая врагов планы, герой получает награды и звания, но каждая победа даётся ценой новых ранений и испытаний в смертельно опасной игре войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Боевой офицер попадает в прошлое, в эпоху начала Первой мировой войны. Ему предстоит использовать свои знания и опыт, чтобы изменить ход истории. Срывая врагов планы, герой получает награды и звания, но каждая победа даётся ценой новых ранений и испытаний в смертельно опасной игре войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Зачем? Подобные корабли прекрасно топились даже обстрелом из орудий среднего калибра, безжалостно и безнаказанно рвущих им обширные не прикрытые броней части корпуса. То есть подобная защита выступала в духе этакого «бронелифчика» из эротических анналов RPG-культуры.
На практике «Одину» оказалось достаточно всего двух-трех 15-см гаубичных снарядов, вошедших под хорошим углом в любую оконечность для получения серьезного дифферента. Достаточного для того, чтобы лечь на грунт пострадавшим «концом». Он ведь сел несколько глубже, войдя в пресную воду Одера. А глубины судоходного фарватера составляли до восьми метров… со всеми вытекающими.
И вот эти «водоплавающие» подошли к Штеттину. К городу, а не в город. Остановившись у переднего края блокирующих войск. Встали на якоря. Приняли концы телефонных кабелей для связи с командованием. Спустили лишний пар, чтобы впустую не жечь уголь и не мучить кочегаров. И сыграли отбой, дабы с утра выступать в роли плав-батарей. Беспечно? А чего им бояться? Кавалерийского эскадрона? Ведь формально Меншиков командовал именно кавалерией. Да, механизированного, но средств береговой обороны у него не имелось.
Вот тут-то и крылась ошибка германского командования, которой попытался воспользоваться Максим. Западный Одер обладал узким судоходным фарватером. То есть развернуться там восьмидесятиметровым корабликам было невозможно. А значит, они оказались «на рельсах». Образно говоря. Ход только назад да вперед. Учитывая совершенно ничтожное течение[128] их даже снести потоком воды не могло быстро. Корректировать же огонь, в случае чего, можно было простой подкруткой угла возвышения. Это в случае, если вдруг им удастся сорваться и выйти из-под обстрела по какой-то волшебной случайности.
Остается понять – как люди Максима вели огонь. Но и тут никакой сложности не было. Командование над батареями взяли на себя артиллеристы, снятые с авто-САУ. Тех самых с 90-мм минометами. Не семь пядей во лбу ребята, но разобраться с таблицами стрельбы к гаубицам и прицелиться по счислению смогли без всяких проблем. К каждому орудию встал командир 60-мм миномета. На затвор – их помощник. По три заряжающих и досылающего набрали из числа минометных расчетов да прочих крепких парней. Вот и вся премудрость. Выстрелы ведь подвезли грузовиками и свалили прямо рядом с орудиями.
По темноте выдвинули временный наблюдательный пункт на берег реки. Как можно ближе к целям, чтобы наблюдать оба корабля. Силуэты которых были отлично видны. Ведь полнолуние случилось несколько дней назад. Туда же, к наблюдателю, протянули телефонный кабель. Привязались к местности по точным картам. Определили дистанции. Это ведь не море. Тут хватало удобных ориентиров. А дальше началась рутина… обычная рутина.
