Роуз провожала последние листья глицинии, когда белая голова её кота внезапно ткнулась в ее руку. Тепло исчезло как только шёпот холодного ветра застучал по оконному стеклу. Воздух наполнился предчувствием снегопада, и Роуз обнаружила, что кот Гус уже приготовил себе удобное местечко на ней коленях....
– Что ж, растущий организм…
Билл кивнул, пытаясь придать себе ангельский вид, что было непросто с его оттопыренными ушами и волосами, торчавшими непокорными вихрами, как бы коротко их ни стригли. Впрочем, глаза его действительно были очень круглые и невинные, что, безусловно, помогало ему осуществить великое ограбление кастрюли с кашей.
– Хорош на меня пялиться, – прошипел Билл. – Это подозрительно.
Роуз поспешно отвернулась и принялась за кашу, которая казалась еще вкуснее из-за того, что была украдена.
После завтрака миссис Джонс сунула Роуз под нос список покупок.
– Мне пойти с ней? Вдруг она упадет в сугроб? – с надеждой предложил Билл. Ночью опять выпала куча снега.
– Уверена, она справится, – сказала мисс Бриджес, деликатно отпив чаю. – Хотя, Роуз, подойди ко мне, прежде чем выходить на улицу, я найду тебе галоши.
– Галоши? Да ей скорее сигнальная ракета понадобится, – проворчал Билл.
– И напомни мне, Роуз, чтобы мистер Фаунтин передал список покупок в «Сауэрби».
Роуз понятия не имела, что такое «Сауэрби», но при его упоминании вся кухня резко втянула воздух, как будто произнесли что-то неприличное.
– Магазин для волшебников, – прошептал Билл. – В витрине огромный крокодилище. Он и головой иногда машет. Везуха. Может быть, я все-таки схожу с ней, мисс? – попытал счастья еще раз Билл. – Она не знает дорогу до ихней лавки.
– Их лавки, – рассеянно поправила его мисс Бриджес. – Говори правильно, Уильям. Ты уже начистил серебро и обувь? Так и думала, что нет. – Она смерила его взглядом.
– Нет, мисс… – ответил Билл угрюмо.
Галоши были рассчитаны на ноги побольше, чем у Роуз, и болтались на ее ботинках. Роуз прохлюпала через площадь, уворачиваясь от снежков, разлетавшихся во все стороны от кучки маленьких детишек в сквере. Статуи нарядились в белые шубы, а с носа сварливой птицы, сидевшей на плече у одной из них, свисала сосулька. Птица проводила Роуз взглядом, словно прикидывая, отважится ли она засмеяться.
Роуз брела, пытаясь удержать в голове полученные от мисс Бриджес запутанные объяснения, как пройти в «Сауэрби». Снежная слякоть проникала в галоши и просачивалась в ботинки через дырочки для шнурков. Пальцы ног уже начинали замерзать, а старый макинтош мистера Фаунтина трепыхал на ветру, будто стремился улететь. Ей казалось, что ее нарядили в вонючую палатку.
Добравшись до бакалеи, она на секунду задержалась в дверях, наслаждаясь теплом большой чугунной печки.
