Роуз провожала последние листья глицинии, когда белая голова её кота внезапно ткнулась в ее руку. Тепло исчезло как только шёпот холодного ветра застучал по оконному стеклу. Воздух наполнился предчувствием снегопада, и Роуз обнаружила, что кот Гус уже приготовил себе удобное местечко на ней коленях....
Тогда, пребывая в священном ужасе, она успела рассмотреть только владельца комнаты да грязь на ковре.
Сейчас, закрывая за собой дверь, она восторженно втянула воздух. Здесь стоял чудесный аромат незнакомых специй, смешанных с будоражащей нервы мощью, силой, которой веяло от инструментов, висевших на стенах и стоявших на полках.
Она аккуратно положила метелки на стул и медленно огляделась. Волшебство было невидимым, но ощутимым – здесь его было много больше, чем в мастерской этажом выше. Оно разливалось и поблескивало вокруг диковинных машин, меняя цвета предметов – слишком быстро и в то же время слишком медленно, чтобы заметить, когда именно это произошло.
Целые потоки магии струились вокруг большого кресла с подголовником, стоявшего у окна. Ее сердце подскочило к горлу – на подлокотнике покоилась чья-то рука. Но ведь хозяин все еще во дворце? Мисс Бриджес не говорила, что он в кабинете – наоборот, велела воспользоваться случаем и принести из комнаты восточный ковер, чтобы его выбили.
Подумав, уж не грабитель ли это – хотя стал бы грабитель усаживаться? – Роуз подкралась ближе и обнаружила в кресле спящего мистера Фаунтина.
И как только ему удалось пробраться домой незамеченным?
Роуз не сомневалась, что мисс Бриджес очень расстроится. У мистера Фаунтина были свои причуды, ему случалось самому открывать себе дверь ключом, что совершенно не приличествовало человеку с таким положением в обществе. Роуз догадывалась, что мисс Бриджес втайне желает управлять более многочисленным штатом прислуги: чердак, где спят она и Сьюзен, огромный, там полно пустых комнат.
Роуз нерешительно посмотрела на волшебника. Его усы немного скособочились. Мистер Фаунтин держал в каждой комнате дома зеркало, чтобы всегда можно было убедиться, что усы лежат идеально, а когда он спал, они покоились в сеточке. Увидев, что половинка угольно-черных усов смялась о боковину кресла, Роуз ужасно расстроилась. Мистер Фаунтин выглядел почти человеком, а не полубогом, каковым его считали Роуз и домочадцы.
