Роза — читать онлайн бесплатно полностью

Когда, спускаясь на эскалаторе, я вижу пробку в фойе метро, мне хочется думать, что мы – это семена растений и сила ветра несет нас куда-то, где мы сможем остановиться и на время услышать собственный рост.

Мне бы хотелось слышать звук, с которым растет дерево. Я, представляя этот звук, слышу гул и скрежет. Могучая сила, с которой дерево раздвигает пространство вокруг себя, мне недоступна.

Под моими ногами на листве ниточка переливающейся слизи. И коричневый слизняк прилип к белой подошве кроссовка. Он двигается медленно. Но стоит отвлечься на пару минут – слизняк уже здесь.

Похоже, все это время я недооценивала статику. Путь, преодолеваемый Светланой, теперь кажется мне сложной невидимой песней.

Когда я иду по тропе в свой лесной кабинет, то вижу много слизняков, они медленно ползут в разных направлениях. Некоторые, собравшись в аккуратный комок, застыли на дороге. В гугле я прочитала, что их завезли вместе с искусственными газонами из Испании. Эти инвазивные моллюски очень вредны, они переносят паразитов и портят урожаи. Агрономы рассчитывали, что слизняки не переживут холодной московской зимы, потому что на спячку они прячутся под тонким слоем листвы и почвы. Но слизни не погибли, а, наоборот, расплодились еще сильнее, и теперь весь лес и дачные участки Подмосковья заполнены ими. Я думаю о них и их душе. Оксана Тимофеева писала, что, согласно Аристотелю, человек содержит три души – растительную, животную и человеческую. По Тимофеевой, душа животного в человеке отвечает за перемещение, а растительная – за то, как мы пускаем корни в неродной земле. Я чувствую родство с этими коричневыми слизнями. Потому что совершенно нечаянно попала в Москву. Знали ли предки слизней, с которыми я делю свой лесной кабинет, что их дети приживутся за тысячи километров от родных виноградников? Когда-то мне казалось, что во мне есть только животная душа, я без умолку путешествовала и не могла пустить корни ни в одном из мест. Недавно я посетила Новосибирск, в котором прожила около четырех лет, и мне показалось, что меня никогда там не было. Для меня он твердый, как необитаемый каменный остров. В нем мне негде было зацепить свои хилые корни, и я без сожаления уехала оттуда. Теперь я живу в Москве, здесь я хожу на почту и в больницу, пишу свою книгу в лесу, и мне кажется, что Москва раскрыла свою корку и позволила мне пропустить корни сквозь ее почву. Теперь она моя родина, мой дом и место моего обитания. Как и красные слизняки, я медленно двигаюсь по ее телу и всюду оставляю свой биологический материал – частицы отмершей кожи, волосы и слюну. Кажется, она дает мне тепло и пищу. Здесь я чувствую, что она – мой страшный приветливый лес.

Блестящий слизняк выпятил свои мокрые рожки и снова стремится приползти ко мне.