В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
Майе захотелось исследовать кухню. И так как Егор остался в гостиной, она решила, что никто возражать против её небольшой экскурсии не будет. В конце концов, должна же она была себя хоть чем-то занять.
Кухня тоже производила впечатление. Выполненная в бело-черных тонах, она выглядела современно и… не освоено. Нигде не стояла не допитая чашка с кофе, не были сложены аккуратно салфетки. Майя осторожно, стараясь не шуметь, стала открывать шкафчики. Она не то, чтобы пыталась таким образом разгадать характер хозяина квартиры, просто ей стало любопытно.
Выжав несколько апельсинов, она решила, что следует угостить и Егора. Тот по-прежнему находился где-то в районе гостиной.
Наполнив два высоких стакана оранжевой жидкостью, Майя, довольная собой отправилась на его поиски.
— Егор! — позвала она. В машине они познакомились, ей было не по себе, когда приходилось общаться с человеком, а она не знала, как его зовут.
Тишина.
Странно.
Майя, продолжая осторожно ступать по пушистому белому ковру, вышла в гостиную.
И оба стакана упали у неё из рук.
Егор, обездвиженный, бесформенной грудой, лежал около дивана. Его глаза были закрыты, из уголка губ вытекала тонкая струйка крови.
Но не это шокировало и смертельно напугало Майю. Она зажала рот рукой, чтобы не закричать и не разозлить незваных гостей.
Две огромные фигуры стояли у противоположной стены, скрытые полумраком.
Глава 6
Борис обнаружил Игоря в кабинете. Тот сидел в ленивой позе, закинув ногу на ногу, и потягивал виски.
— А почему меня не встречают с красной дорожкой и салютом? — спаясничал Борис. Он тоже сразу же прошёл к бару и налил себе спиртного. Пусть оно и оказывало меньшее воздействие на организм вампира, чем, предположим, на человека, ему нравился вкус алкоголя и та небольшая расслабленность, которая наступала после его принятия.
— Я решил, что ты дорогу найдешь сам, — Игорь приподнял стакан, приветствуя брата.
— О, брат, выглядишь ты, откровенно говоря, хреново.
— Я тоже рад тебя видеть, Борис.
Игорь был самым старшим в клане Сандровских, и в силу его дипломатических способностей и относительно уравновешенного характера, именно он занимался семейными делами и контролировал их финансовые потоки. Его уважали и опасались за силу ума, и то влияние, что он имел на политической арене среди бессмертных.
