Борис Сандровский — безжалостный вампир, поклявшийся никогда не любить после предательства. Его жизнь — война со стригоями и плотские утехи. Но одна женщина сумеет пробить броню его ледяного сердца и изменить всё, что он о себе знал.
Он только что поддерживал её, как физически, так и морально, сейчас же смотрит на неё зло и рассерженно. Что она сделала не так?
— Я так сказал.
— Борис, это не серьезно! Я хочу ещё покататься! Мы только начали!"
"Борис, не церемонясь, схватил её за предплечье и легонько встряхнул. Легонько было в его понимании, у Майи же сразу заболела рука.
— Тебе лучше со мной не спорить. Если я сказал, что мы закругляемся, то мы закругляемся! — его глаза предупреждающе сузились.
Майя открыла рот, чтобы начать с ним спорить, но передумала. Себе дороже.
— Ты всё испортил, — тихо сказала она, и захват предплечья усилился. Девушка поморщилась от боли, и громче добавила: — А если ты решил сломать мне руку, то делай это быстрее, не тяни!
Борис снова выругался, но руку отпустил.
— Слезай с велосипеда, мы возвращаемся.
Майя сжала зубы.
— У меня есть вопрос. Задать его можно? — её глаза тоже потемнели, а десна зачесались. Вампирская сущность дала о себе знать. Её терпению тоже есть предел.
— Да.
— Я так понимаю, что всё то, что ты мне дарил сегодня — драгоценности и велосипед — мои? — вместо ответа последовал короткий кивок. — Тогда я хочу забрать велосипед с собой. Я сама буду учиться кататься. В доме, куда ты меня привез, есть большой стадион. Если ты приставишь ко мне того же Егора, я больше не буду тебя обременять просьбами покататься со мной. Не желаю быть в тягость.
Прежде чем ответить, Борис помедлил. Девчонка разозлилась. Это было лучше, чем слезы и истерика. Когда женщина злится, он не испытывает угрызений совести за свои поступки. Хотя…про него сложно сказать, что он часто вспоминает, что такое совесть.
— Егор заберет велосипеды. Я не отбираю подарки, которые дарил.
— И на том спасибо, — пробормотала себе под нос Майя, слезая с велосипеда.
У неё возникло странное, не свойственное ей ощущение — её стало подташнивать. Может быть, она переволновалась? Вампиры практически не болеют, и тошноту испытывают лишь когда…рядом находятся стригои.
Майю точно молнией ударило. Она чуть приглушенно вскрикнула и уставилась на князя Сандровского.
— Что? — грубо спросил он, заметив её взгляд.
— Борис….Меня затошнило…
— Здесь полно кустов, если боишься, что тебя сейчас вырвет.
Майя поморщилась.
— Я понимаю, что ты не высокого мнения о женщинах, но не стоит постоянно грубить! — в тон ему ответила Майя и огляделась по сторонам.
