В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
— Несколько веков назад Игорь путешествовал по Болгарии, и у него случился роман с цыганкой…
— Ты мне собираешься рассказывать о его любовных похождениях? Поведать что-то горяченькое о нашем скрытном братце?
Велест скрестил руки на груди и спокойно продолжил:
— Цыганка оказалась провидицей.
— Ещё лучше…
— Если тебе не интересно, я могу прекратить рассказ.
— Нет, что ты, Велест! Продолжай! Я сгораю от любопытства!
Всем своим видом Борис показывал, что рассказ утомил его.
Но Велест готов был потерпеть скептицизм брата, чтобы увидеть его последующую реакцию.
— Она предсказала одну очень интересную вещь. Что встретит он свою истинную подругу одновременно с двумя младшими братьями…, - далее последовала выразительная пауза. — Я уже встретил.
Борис подскочил, точно его облили кипятком.
— Что ты имеешь в виду? — яростно прошипел он, сжимая кулаки.
Он ни за что бы не признался, но слова Велеста произвели на Бориса ошарашивающий эффект. Он ничего не знал о предсказании, впервые слышал.
А тут такое предсказание!
Сердце Бориса остановилось, и события минувшей недели пронеслись перед его глазами со скоростью света.
Неужели встреча с Майей была не случайна?
Неужели….
Он мотнул головой.
Бред!
Он не верит в предсказания! Это всё предрассудки!
Велест пожал плечами с видимым безразличием:
— Я ничего конкретного не имею в виду.
— Неужели?… — Борис весь подобрался, в его голосе и движениях появилась агрессия.
Он не собирался набрасываться на брата, но ему стало трудно сдерживать негативные эмоции, разом овладевшие его телом.
— Это глупые предсказания цыганки, которой, возможно, уже и нет в живых.
— Но ты в них веришь?!! — едва ли не закричал Борис.
— Слушай, ты чего разнервничался? Я тебе рассказал лишь историю, и всё! А ты сделал вывод….
Борис не сдержался и опрокинул кухонный стол. Он яростно сжимал и разжимал кулаки. Клыки давно прорезались, глаза налились кровью. Оба брата знали, что он не набросится на Велеста, перебесится.
В одном Велест был прав — если бы его слова не задели Бориса, почему он так сильно разнервничался?
— По твоим словам выходит, что я скоро обзаведусь спутницей жизни!
— Это не по моим словам, а по словам гадалки.
