Автор
В Лондоне в декабре 1818 года, у леди Ренессименты Хевершем остается меньше месяца до своего тридцатого дня рождения — и все еще нет мужчины, которому бы она отдала свою virginity. В эту ночь она встречает гостя, который может стать ее выбором. Каждый каскадер в Лондоне знает об этом предвкушении, но никто не думал о том, как это событие повлияет на их жизнь в будущем....
Даффин вскинул бровь.
– Мне всегда были крайне неприятны мужчины, жестоко обращающиеся с женщинами и детьми.
– Ну и ну! – воскликнул лорд Драйден. – Я думал, мы обсуждаем такие пустяки, как обезьяний смех и щенки.
– Щенки? Кто не любит щенков? – нахмурился Даффин.
– Лорд Драйден сказал, что ему не нравятся собаки, – вмешалась в разговор Реджина. – А я их, напротив, обожаю.
– Интересно. До сегодняшнего дня я и не подозревал о вашей любви к собакам, миледи, – произнес Оуклиф, в уголках губ которого заиграла улыбка.
– О, да, – ответила Реджина. – Собаки. Собаки. Собаки. Я люблю собак.
– А у вас есть собака, леди Реджина? – спросил Даффин, озираясь по сторонам так, как если бы опасался внезапного появления четвероногого любимца.
– В данный момент нет, – процедила сквозь зубы Реджина с фальшивой улыбкой.
– О чем это вы? – спросила лорд Драйден, приложив руку к уху. – Я не очень хорошо слышу.
– Ни о чем, – напевно ответила Реджина.
– Раз уж мы заговорили об этом, – продолжал лорд Драйден, – я никогда не встречал мужчин, которые жестоко обращались бы с женщинами и детьми.
Реджина перевела взгляд на Даффина. Тот стиснул зубы.
– Уверяю вас, милорд, – произнес Оуклиф, – даже благовоспитанные люди сталкиваются с такими проблемами. Меня вызывали во многие дома Мейфэра, где имело место жестокое обращение.
– Верится с трудом, – ответил лорд Драйден, бросая на Даффина испепеляющий взгляд.
– Это правда, – сказал Марк. – Я тоже видел подобное собственными глазами.
– Что ж, в таком случае я рад, что мне не приходилось сталкиваться с жестокостью.
– Но кому то приходится, – произнес Даффин.
– Несомненно. – Лорд Драйден покачал головой и обвел взглядом присутствующих, явно намереваясь сменить тему разговора. – Я тут вспомнил еще кое что, что пришлось бы мне не по душе.
– И что же это, милорд? – беззаботно спросила Николь, отрезая кусочек жареной утки.
– Терпеть не могу людей, воображающих себя на равных с теми, кто выше их по положению. – Он многозначительно посмотрел на Оуклифа.
Реджина сжала вилку так сильно, что побелели костяшки пальцев. Даффин гневно посмотрел на графа и, судя по выражению его лица, с удовольствием поколотил бы того за такие слова.
– Ну, не знаю, – протянул Марк. – Мне, например, всегда было сложно воспринимать людей, считающих себя выше других.
