Автор
В Лондоне в декабре 1818 года, у леди Ренессименты Хевершем остается меньше месяца до своего тридцатого дня рождения — и все еще нет мужчины, которому бы она отдала свою virginity. В эту ночь она встречает гостя, который может стать ее выбором. Каждый каскадер в Лондоне знает об этом предвкушении, но никто не думал о том, как это событие повлияет на их жизнь в будущем....
Подбородок покрывала густая щетина, и Реджине показалось, что он осунулся и похудел.
– Я знаю, что нарушаю правила приличий, заходя к тебе в спальню, но, учитывая то обстоятельство, что мне не позволяли поговорить с тобой раньше, решил рискнуть.
Даффин опустился в кресло, которым пользовались Николь и бабушка во время своих посещений.
Реджина вдруг отчетливо поняла, что очень по нему скучала, однако его виноватое выражение лица заставило ее насторожиться.
– Если ты пришел извиняться, в этом нет нужды.
– Мне очень жаль.
– Не о чем сожалеть, Даффин.
Он поднял голову и посмотрел ей в глаза.
– Ты очень добра ко мне, но ты ошибаешься. Нам стоило охранять тебя лучше. Я должен был охранять тебя лучше.
У Реджины перехватило дыхание, а сердце забилось так сильно, что причиняло боль.
– Ты же не знал, что придется иметь дело с целой шайкой. Этот мерзавец нанял людей, он сам признался мне в этом.
Даффин покачала головой.
– Это неважно.
Реджина пригладила ночную рубашку.
– Думаешь, ты мог догадаться? Ты очень умен, Даффин, но не ясновидящий.
– Позволь мне чувствовать себя виноватым, дорогая. Пожалуйста, – прошептал Даффин, подаваясь вперед и убирая со щеки Реджины черную прядь.
Мисс Хевершем тяжело задышала, и сыщик смущенно убрал руку.
– Хочешь поговорить о том, что случилось?
– Если считаешь, что это поможет его поймать, давай поговорим. Я слышала, Тимоти, лакей, работал на него.
– Я отправил мерзавца за решетку. Он во всем признался.
– Хорошо. Не хочу его больше видеть. Никогда.
– Я тоже.
Реджина понизила голос до шепота.
– Даффин, я рассказала Николь не все. Я умолчала о том, что он говорил… про тебя.
– Про меня? – Даффин подался вперед и теперь сидел на самом краешке кресла. – И что же он сказал?
Реджина провела пальцем по одеялу.
– Он сказал, что ты не тот, за кого себя выдаешь.
Сыщик отвел взгляд.
– Он сказал, что твоя фамилия не Оуклиф.
Даффин молчал несколько секунд, а потом, уставившись в пол, тихо произнес:"
"– Это правда.
– Кто же ты такой, Даффин? – прищурилась Реджина.
Он уперся локтями в колени и шумно выдохнул.
– Оуклиф – не то имя, которое я получил при рождении. Я сменил его после того, как закончил школу.
– Почему?
– Потому что не хотел иметь ничего общего со своим отцом.
Реджина покачала головой.
– Его зовут Куинтон, и он тебя знает. Так он сказал.
– Да. Он меня знает. А я знаю его.
