Автор
В Лондоне в декабре 1818 года, у леди Ренессименты Хевершем остается меньше месяца до своего тридцатого дня рождения — и все еще нет мужчины, которому бы она отдала свою virginity. В эту ночь она встречает гостя, который может стать ее выбором. Каждый каскадер в Лондоне знает об этом предвкушении, но никто не думал о том, как это событие повлияет на их жизнь в будущем....
– Я специально сказал, что мы вернемся за ней, чтобы она всю оставшуюся жизнь оглядывалась через плечо.
Гримальди откинулся на подушки.
– Куда едем?
– К тебе. Мне нужно задать твоему дяде один очень важный вопрос.
Дальнейший путь друзья проделали в молчании.
Даффин принял решение. Услышав злобное замечание о Реджине из уст леди Розалинд, он вдруг понял, что не может позволить мисс Хевершем выйти замуж за лорда Драйдена. Граф ее не любит. В отличие от него, Даффина. Он начал догадываться о глубине своих чувств к Реджине, когда ее похитили, но теперь знал наверняка, что отчаянно ее любит.
Друзья вместе вошли в холл.
– Хочешь, чтобы я пошел с тобой? – спросил Гримальди.
– Нет, – покачал головой Даффин. Ему не хотелось ставить друга в сложное положение. – То, что я собираюсь сказать, предназначено только для ушей герцога.
– Понял. – Марк похлопал его по плечу. – Удачи тебе, Оуклиф.
Кивнув, Даффин обратился к дворецкому.
– Я хочу поговорить с герцогом Колчестером.
Эббот провел сыщика в гостиную, ту самую, где Реджина обрабатывала ему рану, но сегодня он пришел совсем по другому поводу. Теперь у Даффина не осталось тайн. Все они черным по белому были изложены на первой странице «Таймс» и теперь о них знал весь город. Герцог вполне мог отказать ему из за происхождения, однако реакция Гримальди дала Даффину надежду.
Менее чем через четверть часа два лакея ввезли герцога в гостиную, после чего быстро удалились.
Оуклиф поднялся и отвесил поклон.
– Ваша светлость.
– Мистер Оуклиф, – ответствовал герцог. – Сегодня утром я читал о вас в газете.
– Очень жаль слышать это. – Даффин потянул за узел галстука.
– Я знал герцога Портленда, – сурово продолжал герцог. – Не могу сказать, что он мне нравился.
– Мне тоже.
Конечно же, общество до сих пор не знало, что сделал Портленд, ведь он так и не признался в том, что нанял Ноулза для убийства матери Даффина. А теперь Портленд мертв, и Даффину оставалось лишь надеяться, что на том свете его отец получил по заслугам.
Сыщик принялся переминаться с ноги на ногу.
– Ваша светлость, я здесь, чтобы задать вам один очень важный вопрос.
Герцог вздернул подбородок.
