Автор
В Лондоне в декабре 1818 года, у леди Ренессименты Хевершем остается меньше месяца до своего тридцатого дня рождения — и все еще нет мужчины, которому бы она отдала свою virginity. В эту ночь она встречает гостя, который может стать ее выбором. Каждый каскадер в Лондоне знает об этом предвкушении, но никто не думал о том, как это событие повлияет на их жизнь в будущем....
– Никогда не думала, что хочу, но с правильным мужем…
– С Драйденом?
Реджина потерла висок, как если бы у нее болела голова.
– Полагаю, Драйден захочет детей.
– А почему вы не хотите? – спросил Даффин.
– Это трудно объяснить.
Сыщик откинулся на спинку сиденья и скрестил вытянутые перед собой ноги.
– А вы попробуйте.
– Я… – Реджина сделала глубокий вдох, – я не хочу, чтобы мои дети прошли через то, через что пришлось пройти мне.
Даффин замер. Ответ был так похож на то, что сказал бы о детях он сам, что ему стало не по себе.
– Вы не хотите детей, потому что они могут остаться сиротами? – наконец произнес он.
– Совершенно верно, – ответила Реджина. – Хотя я знаю, что это звучит глупо.
– Напротив. – Даффин поджал губы. – Я прекрасно понимаю, что вы имеете ввиду. Я никогда не хотел ребенка, чтобы не обречь его на то, через что прошел сам.
– Вы говорите о своем ужасном отце?
Оуклиф кивнул:
– Помимо всего прочего.
– Но, Даффин, вы не такой.
У него перехватило дыхание, и ему захотелось стряхнуть с себя эти слова.
– И все же я всегда этого боялся.
– Я тоже.
Даффин, упершись локтем в подушки, прилег на сиденье.
– А вы никогда не думали, что, возможно, этот страх удерживает вас от замужества?
Реджина потянула за выбившийся из прически локон.
– Никогда над этим не задумывалась, но, пожалуй, вы правы.
– Это объясняет тот факт, что вы, по вашим же собственным словам, до сих пор «девица на выданье».
Реджина округлила глаза.
– Да, но когда являешься племянницей одного из наиболее влиятельных герцогов в королевстве, вокруг увивается немало охотников за приданым.
Даффин внимательно посмотрел на мисс Хевершем.
– Разве это не ожидаемо?
Она пожала плечами и вздохнула:
– Наверное. Все в высшем свете знают, что родители оставили мне приличное наследство, а если учесть еще размер состояния бабушки, то я настоящий денежный мешок.
– Кто то мог бы сказать, что лучше быть денежным мешком, нежели нищим.
Реджина еще плотнее закуталась в плед.
– Пожалуй. Только нищенка уверена, что ее муж женился на ней по любви. А я, боюсь, всегда буду подозревать в корысти любого, кто попытается за мной ухаживать.
Даффин внимательно посмотрел на Реджину. А он ее недооценил.
