Забавляясь, он посмотрел на меня через плечо, его губы слегка приоткрылись, между них мелькнула быстрая вспышка зубов.
— Никак? Мне нравится, как это звучит. Подойди сюда и посмотри на это, Никак.
Похоже, я попала прямо в точку. Вздохнув, я пошла посмотреть, на что он указывает внутри тигля.
— Есть и другие слова. Пожалуйста, спасибо. Я еще не слышала, чтобы ты использовал их, но уверена, что они входят в твой словарный запас…
— Нет, не входят, — радостно ответил он.
На дне тигля появилось крошечное количество темно-серого порошка, мелкого, как пепел.
— На кость, — сказал Фишер.
— У меня их нет. Хотя, если ты хочешь внести свой вклад…
Фишер выпрямился, прикрыв один глаз и изучая меня.
— Таким, как ты, нужно спать после обеда? Ты очень ворчливая. Это у меня похмелье, знаешь ли.
— Чем ты вообще занимался прошлой ночью?
— Ты бы хотела знать?
— Вообще-то, забудь об этом. Я передумала. Я не хочу знать.
— Мы с Реном ходили в «Слепую свинью». Мы просадили половину его сбережений и выпили бар досуха. Я приглашу тебя в следующий раз.
— Пожалуйста, не надо.
Кингфишер схватил меня за запястье. Я уже собиралась потрогать кончиком пальца порошок в тигле, но…
— Там, откуда ты родом, кузнец сует палец в тигель сразу после того, как его вынимают из пылающей печи, Оша? — спросил Фишер.
Я подвигала челюстью, чувствуя себя абсолютно, совершенно, опустошительно глупо. Если бы я сделала это в мастерской Элроя, он бы орал на меня до хрипоты, а потом выгнал из мастерской на целую неделю. Мне бы даже не позволили приблизиться к тиглю без пары термостойких перчаток. А здесь я плохо соображала. Я была рассеяна. И причина моей рассеянности только что спасла меня от возможной потери всей руки. Мои щеки пылали жарче, чем огонь в очаге.
— Кость принадлежала фее, — сказал он через мгновение. — Веками наш род пытался понять, как были созданы реликвии, позволяющие нам путешествовать сквозь ртуть. За эти годы было выдвинуто множество теорий, но они так и остались теориями. Когда ртуть застыла, мы не могли проводить эксперименты и проверять эти теории на практике. Но теперь, когда ты здесь…
— Ты хочешь, чтобы я разбудила ртуть и ты мог попробовать связать с ней что-то и посмотреть, получится ли сделать реликвию.
У меня не было ни времени, ни желания разбираться в этом прямо сейчас. Это не имело значения. У меня были дела поважнее.
— Ты используешь кость, чтобы проверить, сможет ли сплав ртути с биологическим материалом заставить портал принять живое существо, проходящее через него, за его часть? — спросила я.
Кингфишер покачнулся, его брови взлетели на лоб.
— Вообще-то, да. Именно это я и хочу сделать.
— Ну что ж, хорошо. Давай попробуем.