В новом дне, где будильник скрипит как старый велосипед, выходит светлое будущее за углом. Высокие потолки и холодный пол создают атмосферу отчуждения, напоминая о том, что мир вокруг неуклонно меняется. Внутри комнаты — койка из тысячи раз штопаного покрывала и легкая кепка....
Глаза сужаются. Вот теперь и ему полностью ясно, что произошло.
Тоже оборачиваюсь. Пит втягивает голову в плечи. Разводит руками. Жалостливо смотрит на Коннери, ища защиты и оправданий.
— Нам нужно было, чтобы ты действовал самостоятельно. Не чувствуя нашей защиты. И было решено, что Питер будет вести себя так, чтобы ты убедился в нашей полной некомпетентности, — скрещиваю руки на груди. Барабаню пальцами по рукаву. Жду продолжения. — И ты купился, — еще бы. Они просто подстегнули мое самомнение.
— И я купился, — подтверждаю.
— Вмешательства Кесседи мы не ожидали, — продолжает. Смотрит в его сторону. Но он молчит, пока только слушает. — Это было неожиданно. Мы следили дальше. Вы пошли к границе. Было решено, что Коэна нельзя пускать в Верхний мир. Мы его не контролировали.
— Вы могли либо взять его прямо там, либо рискнуть, — подсказываю.
— И мы рискнули, — подтверждает не без гордости.
— Им рискнули, — мотаю головой в сторону Пита.
— Верно, — Коннери кивает.
— А если бы Пита убили?
— Маловероятно, — отрицает. — Там был наш снайпер.
— И чего же вы хотели добиться?
— Как чего? — усмехается. — Того, чего в итоге и добились. Мы стали контролировать Проклятых, — мне хочется зажмуриться. Так просчитать каждый наш шаг. — Было два варианта: либо Коэна пристрелишь ты, чтобы спасти Питера, либо Кесседи, чтобы спасти тебя. В любом случае главарем стал бы один из вас.
Наконец, Райан не выдерживает:
— Откуда вы знали, что я соглашусь рисковать бандой и отправлюсь в Верхний мир?
Коннери дарит ему снисходительную улыбку:
— К сожалению, шаги негодяев предугадать сложно.
Райан лишь поднимает брови от такого заявления. Они спровоцировали его на убийство Коэна, а заодно и Фила, который просто оказался не в том месте не в то время, и считают это своей победой.
— А потом вы снова пропали, — нарушаю затянувшееся молчание. — Чтобы мы опять действовали сами, не рассчитывая ни на кого.
Коннери пожимает плечами, будто спрашиваю само собой разумеющееся:
— Нам нужно было убедиться в вашей верности. Вы могли польститься на вознаграждение и действовать вместе с террористами. Но вы отправились на наши поиски. Мы смогли быть уверенными, что вы на нашей стороне.
Кесседи сидит, сцепив зубы.
