В ухе висит напряженное ожидание — как перед грозой или бурей. Ася тревожно смотрит по сторонам, чувствуя, что обстановка за бортом ее корабля становится пугающей и даже флегматично-снежной. Кажется, начало чего-то мощного и разрушительного.
Они закончились как пара, как семья.
Тогда она одернула себя и отогнала это ощущение, но где-то глубоко, в отдаленном, потаенном уголке сознания уже жила, крепла и развивалась мысль и знание о том, что их союз умер.
И, как часто бывает, первое время вроде бы все остается как и прежде – срабатывает закон инерции, но в какой-то момент все начинает сыпаться безвозвратно, неотвратимо и очень быстро.
Вот оно и рассыпалось.
Но, стоя у холодного окна, глядя на заснеженный двор, Ася помимо глубокой грусти испытывала чувство настоящего освобождения.
Она и сама не отдавала себе отчет, как давила на нее последний год сложившаяся ситуация, как все трудней ей было общаться с Семеном, капризничавшим, что-то хотевшим от нее (что это должно быть – скорее всего, не понимал и он сам), старавшимся вывести ее на сильные эмоции. Давило и вызывало душевный дискомфорт то, что он перестал быть для нее близким другом, перестал ее слышать, перестал с ней шутить, общаться, как прежде, с легкостью и светлой радостью.
И сейчас, после его отъезда, поставившего конечную точку их совместной жизни, Ася вдруг почувствовала, что вздохнула легко полной грудью, словно долго сдерживала дыхание.
Она четко знала, что это окончательный и бесповоротный разрыв и не стоит ждать от Семена каких-то попыток возобновить их отношения или предлагать пробовать еще раз, разговаривать, обсуждать и возвращаться к этой теме.
Нет. Это совершенно не его история.
Он всегда был таким – если что-то решил, то сразу же воплощал, реализовал и делал то, что задумал, и его ничто не могло остановить на пути к конечной поставленной цели.
Она отлепилась от окна – лоб замерз, да и нечего там высматривать. Вернулась за стол, налила себе уже остывший кофе, сделала глоток и, скривившись от его холодной горечи, поднялась и пошла к плите – сварить свежего.
Когда-то – продолжили сами собой течь ее мысли – Семен Галантов вот так же в один момент решил взять под свое крыло и покровительство молодого, начинающего репортера Асю Волховскую. Хотя официально сделать этого он не мог, поскольку она служила на другом канале. Но он, познакомившись с ней, начал очень плотно общаться, обучая премудростям и ремеслу профессии, сводя с нужными людьми, которые могли научить ее необходимым навыкам и вещам.
